Дальше Николас как-то умудрился рассказать несколько вариантов легенды, которую слышал, при этом не переставая поедать ужин. Ему нравилась тема, что Морвена стала Безликой и теперь ищет перерождение своего Люциуса, а вот несколько вариантов с тем, что это вообще один человек, Айден никогда не слышал. И на его замечание, что вообще-то есть летописи и даже портреты сохранились, Николас хохотнул, что какая разница тем, кто сочиняет истории!
– Конечно, пока это остаётся поэмами и балладами, а не выдаётся за исторические хроники.
Когда они вернулись, настала очередь Айдена занимать ванную, приводить себя в порядок и ёжиться от сквозняка, гулявшего по полу. Выйдя в спальню, он услышал голоса, и в гостиной его ждал сюрприз: Лидия и Лорена.
Лорена расположилась на стуле самого Айдена у его стола, одетая в белую блузку и чёрное платье без рукавов. На шее пышный бант с камеей, на другом стуле пальто или пелерина. О Празднике рябины в её облике ничего толком не напоминало.
Николас сидел на софе, за ухом в его светлых волосах ярко выделялась веточка рябины. Лидия устроилась рядом, в красном платье с паутиной тонкого чёрного кружева поверх, а её распущенные волосы украшал пышный венок из подвядших роз и рябиновых гроздей. Она вроде как поправляла веточку с ягодами за ухом Николаса, но дольше положенного перебирала пряди волос, а тот расслабленно щурился.
– Айден! – Николас широко улыбнулся. – Лидия зовет нас на оргию.
Фыркнув, Лидия на ощупь нашла в венке веточку, подошла к Айдену и аккуратно заложила ему за ухо:
– Я всего лишь напомнила о том, что у Николаса есть ключ от купален.
– А это не запрещено?
– Купаться с девушками без толпы? – округлил глаза Николас. – Разумеется, запрещено!
– Поэтому Финн Эверетт ещё не вернул ключ, – заметила Лорена. – Он туда девушку поведёт, у нас все обсуждают, кого именно.
Вздохнув, Айден посмотрел на Николаса:
– Ты что, торгуешь стихами и ключом от купальни? Тебе его только из-за аллергии дали.
– Будешь нудеть, шоколад больше не получишь.
– И расположение Финна Эверетта, – практично заметила Лидия. – Между прочим, его дядя – императорский казначей. Айден, тебе нужно налаживать связи, а не оценивать их с кислой миной.
Хлопнув в ладоши, Лидия крутанулась на месте:
– Что ж, мальчики, догоняйте, а мы с Лореной на праздник. Мне ещё нужно за пальто зайти!
Опустившись на второй диван напротив Николаса, Айден проследил за уходящими девушками и надолго задержал взгляд на двери. А когда наконец-то повернулся, то наткнулся на внимательный взгляд Николаса.
– Если не хочешь, можем не ходить на праздник, – негромко сказал он.
Именно так Айден и предполагал, но когда Николас произнёс вслух, понял, что дело вовсе не в этом.
– Нет, я хочу пойти. Задумался.
Про Обществе привратников и о том, что они в стенах Академии и уже убили Конрада и что-то сделали с Роуэном. О том, что рассказал Николас о себе.
– Ты слишком много думаешь, – хмыкнул Николас. – К счастью, у тебя есть я, чтобы напоминать иногда прерываться. Так что пошли.
– Сначала браслеты зачаруем.
Айден достал из ящика свой и положил на низкий столик, Николас присоединил к нему собственный. Теперь рядом лежали два тонких свернувшихся кинжала.
– Тебе снова пригодится обезболивающее. А мне…
Айден задумался, он не представлял, какие чары ему нужны. Николас решительно сказал:
– Защитные.
– Почему защитные?
– Айден, один принц уже умер, Роуэн тоже как-то с этим связан. Если на тебя Общество ещё не вышло, это не значит, что не стоит подготовиться.
– Если меня захотят сбросить с крыши, защитные чары ничего не сделают.
Звучало жёстко, но так оно и было: эта магия представляла собой что-то вроде несложного щита. Если кто-то решит засадить в Айдена сырой силой, они отразят удар. Но надо быть совсем глупцом, чтобы бить Равенскорта подобным образом.
– Они защитят от воздействия, – заметил Николас. – На память Роуэна точно воздействовали. Так что будь хорошим мальчиком, и давай зачаруем на защиту.
– Я тебе не хороший мальчик. И уже говорил никогда не решать за меня.
Николас закатил глаза:
– Бездна, Айден, давай уже зачаруем эти сраные браслеты!
Айдену не хотелось признавать, что ему может понадобиться защита, хотя Николас прав. От воздействия такие чары тоже помогут. Это запретная магия, никто не предполагал, что она может расцветать в стенах Академии, тут и знать-то таких формул не полагалось!
Магия взметнулась покорно и спокойно, а вместе с ней и связь. Николас не скрывал усталости, но зачарование направлял твердо. Не пытался препятствовать, когда Айден захотел узнать чуть больше и ощутил, что усталость эта не физическая. И в то же время переливалось умиротворение.
Рассказав всё до конца, можно только умереть – или возродиться, если найдётся тот, кто действительно выслушает и поймёт.
