– Идём к какому-то источнику Силы, – поделился Фолко с друзьями. – Как Отон мог это учуять? Мне сейчас тоже не по себе – но он-то ощутил это куда раньше!
– Может, Талисман действует? – предположил Торин.
– Больше нечему, – мрачно заметил хоббит. – А вот мне всё больше и больше это начинает напоминать самое начало нашего пути, Торин, и чёрную яму в Арноре, по дороге к Аннуминасу! Ту самую, у которой Олмер опередил нас на несколько часов.
– Не может быть! – медленно выговорил гном, глаза его расширились. – Ты уверен? Не ошибаешься? Неужто на сей раз мы его опередим?!
– Добро бы, если так, – пожал плечами Фолко. – Но эти эльфийские чувства… В них никогда нельзя быть уверенным. Пока что мы бредём, сбиваясь и путаясь, к некоему странному месту. Средоточие древней злобы, я бы так сказал… А может, и нет, не знаю…
На следующий день Отон, хмурый, осунувшийся, приказал отряду не сниматься с лагеря, пока он, Отон, не вернётся из разведки.
– Ты пойдёшь со мной. – Палец предводителя указывал на хоббита.
Их кони неторопливо шли бок о бок, осторожно пробираясь через густой подлесок, временами они переглядывались и молча кивали друг другу – направление было верным, они не уклонились в сторону. Беспокойство хоббита росло с каждой минутой – впереди было что-то непонятное. Арнорские воспоминания поблекли, отступили перед напором неведомого раньше чувства, которому он не мог найти определения: разбитое – и сохранившее остатки былой мощи; нелюдское – и человеческое; все было так причудливо смешано, что у Фолко начинала кружиться голова, когда он пытался отдаться потоку своих чувств и разобраться в происходящем – сознание не выдерживало… И когда вдруг стало особенно муторно, Отон с невольно вырвавшимся хриплым стоном внезапно натянул поводья. Конь Фолко тоже резко встал, и хоббит пришёл в себя.
Они стояли на краю ямы, глубокой и округлой. Трава покрыла когда-то крутые склоны, ныне оползшие и оплывшие. На дне не росло ничего, кроме сорного болиголова, но и тот выглядел каким-то хилым, не достигая и трети высоты своих собратьев, стеной стоящих по краям поляны.
«Знакомо – и не знакомо, – подумал хоббит, отрешённо глядя вниз. – Там было пусто, а здесь ещё нет».
Перед глазами мельтешили голубоватые лепестки, зрение дивно обострилось – и там, на дне, он различал скрытые корнями травы и землёй смутные чёрные провалы, замкнутые клубки тьмы; и эта тьма имела своё сердце. Хоббит зажмурился – чёрный, иссиня-чёрный комочек где-то под поверхностью земли, сумевший-таки затянуть страшную рану, – тут не было скалы, до которой мог выжечь всё Небесный Огонь. Этот комочек… он казался бездонным колодцем, ведущим куда-то в неведомое, откуда тянуло могильным холодом.
Фолко скосил глаза на Отона – и поразился происшедшей в том перемене. Как никогда, лицо капитана казалось лицом мертвеца – позеленевшее, безжизненное, заострившийся нос, желтоватая кожа туго обтягивала кости черепа. «Словно Талисман надел», – пронеслась мгновенная мысль. Глаза Отона заставили испуганно отшатнуться случайно заглянувшего в них хоббита – зрачки исчезли, тёмно-багровый огонь наполнял их, они горели, словно у дикого зверя; и когда Отон заговорил, голос его был подобен карканью ворона:
– Так вот что ты искал, Вождь… Раньше находил ты, а теперь я… И я возьму это!
– Что?! Что ты возьмёшь? – закричал Фолко, забывая обо всём.
– Там, на дне, – с жуткой усмешкой ответил Отон, – Сила! Я возьму её, возьму то, в чём она содержится. Ты поможешь мне и будешь вознаграждён. Помоги мне найти её! Я чую, где она, но не очень определённо. Где-то под землёй, вот в этом круге…
– Нет, Отон! – Невесть откуда взявшийся металл зазвучал в голосе хоббита. – Мы не выполнили один приказ Вождя – неужели нарушим и другой, важнейший из важных? Он ведь отдал его, расставаясь с тобой, он ведь сказал, что нужно делать, когда найдёшь такое место!
Отон вновь усмехнулся жуткой, мертвенной усмешкой.
– Когда я возьму то, что там есть – не знаю пока, что это, – мне будет некого бояться, запомни это, половинчик! Я не забуду тебя, если ты сейчас поможешь мне! Я спущусь вниз.
– Нет! – с отчаянием крикнул Фолко. – Не бери этого! Ни ты, ни я не знаем, что там, хотя… Вспомни, ты ведь не хотел надевать Талисман! А ведь эта штука посильнее его! Он и так впечатался в тебя – потому-то ты и ощутил близость этого места! Это гибель, я чувствую – там мрак и холод могилы! Талисман – тоже гибель, только медленная… И это тоже! Не ходи туда!
– А почему же не гибнет Вождь? – с прежней зловещей усмешкой сказал Отон. – Он рылся в таких ямах раз пять, я слышал! И теперь я узнаю, что он там делал!
– Отон, это смерть! Остановись, капитан! Я не пущу тебя!
– Интересно, как ты сможешь помешать мне, козявка! – загремел Отон, и ярость исказила его лицо чудовищной гримасой. – Я приказываю – повинуйся! Иначе я раздавлю тебя, как муху! Ну же! Полезай вниз!
