- Время закончилось! - звучит приговором, поднимаю глаза на Андрея. Зепар будто хищник, в два шага оказывается рядом. Закричать не успеваю – рывком хватает за запястье и тащит из раздевалки. Поспеваю с трудом. Скачу на одной ноге, перехожу на обе, но с прихрамыванием, удерживая кроссовок в руке:
- Я на тебя в суд подам, - лютуя, выдавливаю сквозь зубы. Прекрасная мысль! Гениальная! Как раньше не догадалась? Давно пора… вот только мне до полиции не добраться. По телефону не сообщить – все звонки прослушиваются, да и некогда – Андрей всё время рядом. В яростном запале тараторю: - Выиграю дело, буду навещать в тюрьме, и добивать: ну как тебе в неволе? Хочешь ещё кого-нибудь охранять? Силу показать?
Зепар ни на секунду не останавливается:
- Не уверен, что до него доживешь, - колкость сухого ответа неприятно режет.
Хам! Нет, он не хам – испорченный поддонок, скотина!
Радует, что по дороге никто не видит моего позорного шествия. Коридор пуст, а минуя залы, усматриваю: подопечные усердно занимаются в залах и на выход не смотрят. Андрей на ходу распахивает дверь в «малый», где обычно тренировалась со Стасом. Грубо толкает меня внутрь и, зайдя следом, щелкает замком. Шумно выдыхаю, - слава богу, нет блондинки с инструктором, - и сразу же напрягаюсь: а зачем закрыл?
Нервно оборачиваюсь, быстро надевая второй кроссовок:
- Ты не тренер, а садист с больным, воспаленным альтер эго, - пячусь, выплёвывая с ненавистью каждое слово.
- Тебя это беспокоит? – до омерзения невозмутим Андрей. Подступает с ленцой и нерасторопностью барина, знающего, что в своём доме он всевластен.
- Да! – не сдерживаю крика и неожиданно упираюсь спиной в ринг.
- Тогда вали прочь, - коротко кивает на выход, - если сможешь, – добавляет многозначительно, уголок губ криво ползет вверх. Настораживаюсь. Кошусь на дверь – спасительную и такую непосильно далекую… Смотрю на Зепара. Чёрт! Ещё пару шагов, и я в плену. Понимаю всю абсурдность надежды, но она теплится:
- Выпустишь?
- Рискни!
Скотина играет! Тоже мне загонщик нашёлся! Ненавижу…
- Ты сильнее, не выпустишь, - мямлю поглядывая то на тренера, то на выход.
- Разве ты хочешь уйти? – вскидывает бровь Андрей.
- Да… - бормочу невнятно, из подкорок сознание подленько науськивает: «Да, да, да… потому уже выбежала из зала и спешишь в раздевалку».
- Не уверен, - с кислым лицом хмыкает Зепар. - Давай, иди. Я даже рук не распущу... - неспешно убирает руки за спину, но в совете столько угрозы и скрытого предупреждения, что сжимаюсь сильнее.
- Маньяк! Может, это ты меня пытаешься убить?
Андрей закидывает голову и громко смеется – впервые вижу, его такую реакцию. Даже замираю на секунду – низкий бархат щекочет слух, в груди теплеет, в животе предательски трепещут бабочки.
- Конечно! – звучит искренне хохот. Зепар останавливается напротив так близко, что ощущаю нестерпимый огонь. Краснею, удушливо вздыхаю, озираюсь, ища спасения, тереблю горловину футболки, будто специально врезающуюся в кожу. А обжигающе холодный перстень на груди, вот-вот оставит ожог на пунцовой от жара плоти. – Поэтому, - возвышается надо мной Андрей, - не сделал этого раньше, хотя возможности было выше крыши, и только сейчас решил довершить начатое до конца.
Истерика побеждает.
- Дай пройти! – срываюсь на крик, рвано дышу.
- Иди! – рычит в тон Зепар, но не сдвигается и с места. Пытаюсь уклониться от свирепой силы – Андрей с лёгкостью перекрывает ход. Еще попытка в другую сторону – вновь преграждает путь. Я точно мышка в лапах тигра.
- Пошёл прочь! – взвизгиваю, теряя контроль – нервно дергаюсь назад и, как назло, ударяюсь о столб ринга затылком. От ужаса, боли и обиды текут слёзы. Унять не получается. Обхватываю плечи руками, опускаю влажные глаза. Понимаю, позорно ретируюсь, но что могу?!
- Кто мешает?
- Ты! – запинаясь, давлюсь солёной влагой.
- Найди выход. Прогони, уговори... ударь! – кидает просто, точно рассказывает о погоде. Шагает ближе - толкаю неуверенно и квело. Андрей даже не качается. Бью… даже не утруждается отступить, лишь чуть уклоняется.
- Безвольная слабачка! Ходячий труп…
Бью сильней – тот же результат.
- Это всё? – рычит с вызовом Зепар. – А если я себе «такое» позволю?..
