Сама Блаватская утверждала, что «Тайная доктрина» основана на изречениях тибетской «Книги Дзиан», которую оккультисты считают древнейшим текстом, рассказывающим о возникновении Вселенной и жизни на Земле[602]. Как показывает опыт исторического источниковедения, в большинстве случаев проблематичность датировок текста указывает на его современное происхождение. Учитывая то, что «Книга Дзиан» стала известна на Западе во 2-й половине XIX века, дату её действительного написания можно отнести к середине позапрошлого столетия. При этом за целостное произведение выдаются отдельные фрагменты текста (стансы), обладающие очень неоднозначным, расплывчатым содержанием. «Тексты этого древнего манускрипта не хранятся ни в одной из европейских библиотек. В первоисточнике их до сих пор не видел ни один, даже самый дотошный исследователь древних рукописей. Современным лингвистам не известен таинственный язык «Сензар», на котором написана загадочная Книга. Предания говорят, что это был язык Богов. Тексты этой Книги перекликаются с текстами Вед, Пуран, Упанишад, Вавилонской книги чисел, еврейской Каббалы, ассирийской Авесты[603] и другими. Причудливое нагромождение образов и метафор древнеиндийской и древнекитайской философии, встречающихся в отдельных опубликованных отрывках манускрипта, заводят в тупик даже видавших виды почитателей сакральной мудрости. Наконец, никому не ведомо Его полное содержание. Эзотерики утверждают, что Книга открывается только по частям, только Посвящённым и только под руководством Великих Учителей. Возможно, что Она, как целое, не имеет своего материального выражения, а вечно существует в виде самостоятельного образования в совокупном информационном поле духовного человечества»[604]. Судя по всему, тексты, выданные за стансы «Книги Дзиан» были целенаправленно созданы именно для европейского читателя; причина их создания предельно банальна — деньги. Редкую рукопись можно было продать за весьма большие деньги. В том случае, когда отказывались платить научные академии и университетские библиотеки, рукопись могла быть продана энтузиастам-любителям, что, кажется, и произошло со стансами «Книги Дзиан».
