Анна с недоумением наблюдала за ними. Совершенно смутившись, Федор, боясь, что окончательно потеряет лицо, быстро завершил беседу и выпроводил девушек за порог. Оставшись один, он глубоко вздохнул. Что это на него вдруг нашло? Перед глазами стояли зеленые с золотыми искорками глаза Арины. Он яростно замотал головой. Вот бес попутал! Только креститься и отгонять беса не хотелось. Да и какой это бес, просто неожиданно понравившаяся ему девушка. Федор умел быть честным с самим собой. Да и в противном случае грош ему цена, не зная себя, в других не разберешься. А подьячий Басенков очень хорошо умел разбираться в других людях.
Кое-как приведя чувства в порядок, он приказал пригласить Толоконникова. Тот не заставил себя ждать, словно специально находился неподалеку. Приказчик неторопливо прошел в светлицу и сел напротив. Федор внимательно рассматривал вошедшего: его длинное лицо, умный и цепкий взгляд, узкие плечи и неожиданно большие руки.
«Что этот человек делает на службе у Шацкого?» – задал себе вопрос Федор. И ответа найти не смог. Проследив взглядом за его точными и четкими движениями, почему-то подумал, что если бы он захотел убрать Фрола, то вряд ли прибегнул бы к помощи яда.
Держался управляющий уверенно, но за внешним хладнокровием скрывалось нечто другое. Сидящий перед ним мужчина явно нервничал.
– В каких отношениях вы были с покойным Фролом? Знали ли вы его раньше? – начал Федор издалека.
– Фрол не в первый раз к боярину заходил. Обычно по два-три раза в год бывал, – резонно ответил управляющий.
– Нет, я хотел бы знать, встречали ли вы его до вашей службы у боярина? – задал подьячий следующий вопрос.
– Нет, не думаю, – покачал головой Толоконников. И по тому, как Никифор Щавеевич облегченно выдохнул, Федор понял, что попал пальцем в небо.
– Уверены?
– А чего мне сомневаться, – пожал плечами Толоконников, с иронией наблюдая за подьячим.
– Хорошо, допустим, тогда, значит, причину вашего спора с Капищевым надо искать в настоящем, – сбил спесь с собеседника Федор и не без удовольствия отметил, что тот снова занервничал.
– Какого такого спора? – прикинулся непонимающим Толоконников.
– Который я собственными глазами наблюдал и о котором вся дворня говорит.
– А, вы об этом, – как можно спокойней ответил управляющий имением, – хоть и говорят, что о покойных или хорошо или ничего, но, по правде сказать, Фролка на руку нечист был. Вот и приходилось мне к порядку его призывать.
