Второе: у Фрола была неизвестная женщина, говорившая низким голосом. Хуже не придумаешь! Основная часть подозреваемых была мужчинами. Из женщин были только сестры Шацкие, Арина, Марфа Шацкая и Агафья. И низким голосом разговаривали только Анастасия и Агафья. Но Настин голос Анна вполне могла бы узнать, Агафьин тоже. Хотела ли она их прикрыть? Вряд ли. Тогда не было никакого смысла настаивать на том, что голос был женским и что она вроде бы его и знает и не знает. Анна ведь дурочкой не была.
Третье: следовало взять на заметку племянницу Шацких Арину и попробовать поговорить с прыткой девушкой по душам.
Когда Федор подумал про Арину, перед его глазами встало задорно задранное личико, и сердце екнуло. Он отогнал от себя эти мысли и вернулся к делу. И, наконец, четвертое: Фролу явно было известно нечто про Толоконникова, нечто неприятное. За это нечто Толоконников вынужден был платить, но… и в этом «но» была вся загвоздка… сумма или была не очень значительная, или еще не попала в руки Фрола. Удивление Толоконникова было искренним и неподдельным, в этом Федор был уверен.
В приказной избе он первым делом позвал к себе Фокина. У того глаза блестели от возбуждения. И новости дорогого стоили. Двое торговцев, Ванька Полба и Тимошка Туторев, видели английских купцов на постоялом дворе на Смоленской дороге с Фомой Снегиревым за день до смерти последнего. Фома был сильно пьян, плакал, кричал и обвинял Ричарда Лока в душегубстве.
– Ты уверен, что твои торговцы правду рассказывают?
– А зачем им врать-то? – резонно возразил Артемий. – Тимошку все в Димитровской слободе знают, торгует честно, не обвешивает и не обмеривает. Да и оба одно и то же говорят.
– Может, сговорились?
– Могли, конечно, да для того, чтобы обговорить кого-то, причина нужна или выгода, а на кой ляд Тимошке с Ванькой на иноземных купцов тень на плетень наводить?
Следом появился Хомяков. Этот тоже блестел как начищенный пятак. Он литовских купцов нашел и все разузнал. Действительно, во время предыдущей поездки к ним подошел молодец, по описаниям смахивающий на Ивана Хлопонина. Во всяком случае, внешнее сходство было явное: высокий, худой, курносый, с рыжими вихрами и конопушками. Кроме того, сборщик дани был грамотным и был хорошо осведомлен о торговых караванах.
