Год спустя Попович-Липовац принял участие в первой Ахал-Текинской экспедиции 1879–1880 гг. под руководством генерал-адъютанта И. Д. Лазарева, а затем, после его смерти в пути, заменившего его генерал-майора Н. П. Ломакина. Это был, наверное, самый неудачный поход в истории покорения Россией Средней Азии. Заготовка припасов и верблюдов для их транспортировки не была выполнена в полной мере, а после смерти Лазарева временно командовавший экспедиционным отрядом генерал Ломакин и его ближайшие помощники думали лишь о том, как бы не упустить возможность стяжать для себя славу победителей. В результате поход окончательно принял характер набега, без должного обеспечения пройденной территории, и к текинской крепости Денгиль-Тепе отряд подошел в явно недостаточных силах. Неподготовленный штурм ее 28 августа 1879 г. закончился неудачей, а отсутствие припасов и огромное количество раненых, под которых не было даже повозок, вынудило Ломакина на следующий же день поспешно начать отвод отряда к побережью. В глазах текинцев это выглядело как постыдное бегство русских.
Какую должность официально занимал подпоручик Попович-Липовац в составе экспедиционного отряда, пока установить не удалось. Известно лишь, что во время штурма Денгиль-Тепе 28 августа 1879 г. он руководил командой охотников, выделенной из состава колонны начальника пехоты Ахал-Текинского отряда свиты его величества генерал-майора графа Борха. Позднее Борх в донесении генералу Ломакину описал действия Липоваца следующим образом: «В деле 28 августа подпоручик Попович-Липовац, по моему личному приказанию, во главе охотников в числе 165 человек впереди штурмовых колонн первым бросился на укрепленную позицию при Денгле-Тепе15 и занял вал; бросился в находящиеся за ним и защищаемые неприятелем кибитки, чем значительно облегчил наступление штурмовых колонн. Оставаясь до конца дела в занятых им позициях, он отступил последний, пробившись сквозь массу окружавшего его неприятеля штыками, а потому ходатайствую о награждении его орденом св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом»16.
Другой участник экспедиции писал об этом в своих воспоминаниях несколько иначе: «На правом фланге, против выдвинувшихся из аула кибиток, пошел с охотниками подпоручик лейб-гренадерского полка Попович-Липовац… Идя к кибиткам под сильным огнем неприятеля, охотники дружно пели: "Ах, вы сени, мои сени…". С этой песней они ворвались в аул и с этой же песнею умирали в рукопашной схватке, происшедшей между кибитками. Охотники Липоваца отступили последними. Но из 50 вернулось лишь 13…»17.
Сам Попович впоследствии утверждал, что в этом деле он был ранен и спас знамя18; однако, согласно послужному списку, он лишь получил контузию (да и то ее факт был официально зафиксирован в 1900 г.)19, в официальном же списке офицеров, раненных в этом деле, его фамилия не значится. За мужество, проявленное при этом штурме, Попович-Липовац был 26 августа 1880 г. награжден орденом Св. Владимира 4-й степени с мечами и бантом (дававшим его кавалеру право на российское дворянство)20.
В начале 1882 г. Липовац покинул Россию, чтобы принять участие в новом восстании в Боснии и Герцеговине, на этот раз направленном против Австро-Венгрии. Эта его деятельность едва не привела к международному конфликту. В мае 1882 г. австрийцы передали русскому правительству ноту, в которой выражали обеспокоенность тем, что, по их сведениям, на территории Болгарии, в Софии, с начала апреля 1882 г. практически открыто формировался отряд добровольцев под предводительством двух черногорцев, отставных офицеров русской службы Ивановича и Поповича-Липоваца, собиравшийся затем отправиться через Сербию в Герцеговину на помощь повстанцам. Отряд этот состоял из 80 черногорцев, приехавших в Болгарию на заработки, а русский консул
M. А. Хитрово снабдил его бойцов деньгами и необходимыми документами. В 20-х числах апреля отряд выступил из г. Берковац, но до Герцеговины так и не добрался: 12 мая его задержали сербские власти в районе Ужицы. Добровольцы отряда пробыли под арестом около шести недель, после чего были высланы назад в Болгарию, а Попович-Липовац должен был дать обязательство выехать в Россию и больше не возвращаться «на поле битвы»21.
Во всех биографиях Поповича-Липоваца говорится, что он ушел с русской службы для того, чтобы принять участие в восстании. Однако анализ документов говорит об обратном: из заключения в Ужицкой крепости Попович и его товарищи должны были выйти в конце июня, а в послужном списке указывается, что он был высочайшим приказом от 5 июля 1882 г. «по домашним обстоятельствам уволен от службы»22. Получается, что свой поход Липовац затеял, находясь на действительной службе в русской армии, в отставку же был уволен сразу по возвращении своем в Петербург, очевидно, чтобы замять скандал. В продолжение царствования Александра III Липовац более не пытался вернуться на русскую службу. Вместо этого он отправился в Черногорию.
