Моряки-саткехи на пристани помахали капитану нашей яхты, поприветствовали команду. Даже не прибегая к магии чуткого слуха, я понял, что они так активно обсуждают. На другом краю порта пришвартовался настоящий боевой крейсер, пришедший с материка. Суденышки островитян смотрелись рядом с этим мастодонтом россыпью шелухи семян подсолнечника. Крупноват для архипелага, без парусов, зато с бронированным металлическим корпусом, мощными винтами.
Орудий я не разглядел, но не сомневался – они имелись, и наилучшие. Выкрашенный серебристо-серой краской корпус был способен сливаться с морем и небом, маскируясь и обманывая противников. Черно-синяя форма моряков показалась мне знакомой. Немного иной крой и более строгий фасон носили воины королевской гвардии Сиарнэ. На Киро́нхо идут или на Дельви́, слишком серьезна и сосредоточенна команда, по порту ходят парами, при оружии. Я должен разведать обстановку.
На островах технику не любят, предпочитают чистую магию, а на материке, похоже, самый расцвет научно-технической революции.
Поручив «женушку» личному менестрелю (что за наказание такое!), я распрощался с нашим капитаном и побежал узнавать, на чем рядовому некроманту удобней отплыть на родину. Заодно аккуратно разведаю обстановку. Следовать придуманному Карло сценарию по всем пунктам я не планировал.
На дела мне потребовалось часа полтора. За это время охотно отзывавшийся на новое имя Мишка должен был отыскать сносный трактир, разузнать про недорогое жилье на случай, если придется заночевать в ожидании корабля.
Ночевка нам не грозила. Довольный, я вернулся на пристань и прислушался к своему чутью. Слабый след парочки попутчиков тянулся в сторону богатых кварталов на склоне горы. Ладно, Лина – дуреха, ничего тут не знает. Но Мишка-прохвост в курсе, что я не при деньгах. Я ему сто раз повторил, взял с менестреля магическую клятву о послушании. Пересилить ее он никак не мог, магия слова всегда слабее темных чар.
Кстати, о чарах. Если дар будет восстанавливаться такими быстрыми темпами, мне срочно потребуется регулярно применять магию. Хотя бы для создания маячков-насосов силы для Большого Заклинания. Против твари, впитавшей мощь куколки тысячи бедствий, и ее отпрысков потребуется все оружие из моего арсенала.
Поднимаясь по склону горы, я насчитал двести тридцать шесть ступенек. Ого, видать, моя парочка задумала побег. Пришлось миновать несколько доходных домов и дорогих гостиниц, пару особняков с садами, прежде чем выйти к парку.
У входа я споткнулся, засмотревшись на закутанную в жемчужно-серый шелк эльфийку. На мгновение почудилось… Нет, не буду думать о Радессе. До сих пор не верится в слова Карло, что наша с Таресом любимая преданно служит убийце.
Я мотнул головой, изгоняя вредные мысли. Придет день, отомщу. Где там мои спутники? Их след стал столь отчетлив, будто кто-то привязал прочную нитку к моей одежде и упорно тянул в сторону пушистых южных сосен с длинными мягкими иголками, мохнотелых пальм, молодых гранатовых деревьев.
Но меня насторожили не они, а тонкая струйка воды, текущая по выложенному круглыми камнями желобу. Струйка падала в бассейн – небольшой, шесть шагов на десять. В его водах резвились зеленые рыбки. Обычные рыбки, если не присматриваться. Ибо у них были крошечные человеческие лица. Дальние предки саткехов могут жить только в магическом концентрате, сочащемся из земных недр.
Предчувствуя неладное, я помчался вдоль желоба, туда, куда тянула меня нить.
– Стой, дурында! Яд!
Я едва успел. Зло ударил по руке Лины. Она как раз склонилась к роднику, питавшему ручеек.
– Решила превратиться в кахрада – чудовище, которое выгрызало… – Я вовремя заткнулся, но девушка меня поняла.
Из-за молоденьких кипарисов выбрался менестрель, довольный донельзя. Он аккуратно тащил тяжелую коробку. Ангелина потирала ушибленную руку и виновато переводила взгляд с него на меня и обратно. Я понял, что еще чуть-чуть, и здесь будет свежий труп.
– Ты, остолоп! Я что сказал? Караулить мою жену! А ты что сделал?! – набросился я на парня, схватил за грудки и встряхнул. Коробка выпала на траву и обиженно зазвенела. – Она собиралась напиться горящих вод! Ты не предупредил ее!
– Она же с островов, не маленькая!
Мишка чуть не плакал, жалобно глядя на валяющуюся коробку.
– Апофис, я сама виновата! – вступилась за дурака Лина. – Не сообразила! Где мы жили, таких источников не было, – принялась она оправдываться перед менестрелем.
Сейчас усядутся рядышком и начнут друг друга утешать! Вот два недоразумения на мою голову!
Я позволил Мишке распаковать коробку и бережно извлечь футляр с гитарой. Лина присела рядом, потрогала темно-красное дерево корпуса.
– Не побилась? – виновато спросила она.
Я не позволил певуну ответить, уже успокаиваясь, проворчал:
– Лучше бы нашел забегаловку пообедать. Через три с половиной часа корабль. Я купил нам билеты.
Сытно пообедав в неплохом ресторанчике, я почти смирился, что за мной по пятам будет таскаться певун, по любому случаю слагать балладу, тренькать на струнах… когда моя спутница похвасталась:
