Мужчина вроде бы опустился на колено перед открытой дверцей «капли». Севджи чуть приблизилась к нему.
– Я сказала, руки за голову…
Он повернулся, извлек откуда-то оружие. Выстрелил. Она выстрелила в ответ, снова залпом из трех пуль, и увидела, как его отбросило к высокому глянцевому боку машины, одновременно понимая, что взяла слишком высоко. Почувствовала, как что-то толкнуло в левое плечо, пошатнулась и отлетела к стене, подвернув ногу и взмахнув руками, чтобы не упасть. Оперлась о стену, увидела, как беглец, пошатываясь и спотыкаясь, лезет в машину, оставляя кровавые пятна на ее сияющей поверхности, и наконец рушится в салон. Севджи снова попыталась выпрямиться, глядя, как дверь за ним закрывается, и понимая, что опоздала. Вскинула «беретту» одной рукой, выстрелила. Отдача от тройного заряда оказалась слишком сильной, и пули просвистели мимо «капли». Дверь захлопнулась с лязгом, который был отлично слышен и на противоположной стороне улицы. Загудел, оживая, двигатель. Севджи заковыляла вперед, стараясь выпрямиться, стараясь, несмотря на онемевшее плечо, как следует прицелиться в отъезжающий автомобиль.
Она три раза нажала на спусковой крючок. Девять выстрелов с двух рук, и каждый жестко отдавал в раненое плечо. Машину мотнуло, потом она выровнялась и на большой скорости скрылась за углом, взвизгнув шинами. Севджи уронила руки, испустила недовольный вздох и мгновение просто стояла на одном месте.
– Пошло оно! – наконец сказала она. На неожиданно затихшей улице ее голос прозвучал особенно громко. – Двое из трех, фигово разве?
Возражений не последовало.
Севджи вернулась к бару, толчком открыла дверь и задержалась на пороге, созерцая царящий внутри хаос, посреди которого стоял Марсалис с револьвером в руке. Он вздрогнул, когда она вошла, а потом некоторое время молча смотрел на нее. Слабая улыбка искривила его губы.
– Можно считать, что в туалете никого нет, правильно?
– Правильно.
– Хорошо, потому что я устала. – Она убрала «беретту» в наплечную кобуру, слегка поморщившись от боли, вызванной этим движением.
– Что с тобой?
Она глянула вниз на свое левое плечо, которое прострелила пуля. Кровь медленно стекала по рукаву испорченной куртки. Онемение проходило, уступая место сильной, пульсирующей боли. Севджи согнула левую руку, подняла ее вверх и поморщилась:
– Он меня задел. Поверхностная рана, жить буду.
– Хочешь, взгляну на нее?
– Да ну на хер, совсем не хочу. – Она поколебалась и сделала какой-то жест, предположительно извиняющийся. Ее голос смягчился: – Служба безопасности уже в пути. Это подождет.
– Я слышал машину. Это он уехал?
Она скривилась:
– Ага. Я его пару раз зацепила, но этого недостаточно. Тринадцатый, фиг ли.
– Да, мы те еще подонки. Крепкие. – Тут из Марсалиса словно вышибло дух, как будто его ударили в солнечное сплетение. Он подошел к бару, завернул за стойку и аккуратно положил револьвер на исцарапанную столешницу. – Хвала Иисусу, все кончено, – с чувством сказал он. – Тебе надо выпить.
– Да ни хрена мне не надо выпить! Он ушел.
Марсалис принялся изучать ассортимент бутылок и встретился со взглядом Севджи в зеркале.
– Да, но посмотри на это с хорошей стороны. Никто из нас не погиб, а это чертовски серьезное улучшение по сравнению с тем, чего я ожидал десять минут назад.
Она ощутила легкий озноб, потом встряхнулась, избавляясь от него. Марсалис выбрал одну из множества бутылок, взял две стопки, поставил на стойку бара, плеснул в них янтарно-желтой жидкости:
– Сделай милость, порадуй меня. Уж пару-то стопок краденого виски за спасение жизни я тебе задолжал. Они тебе, похоже, не повредят.
– Вот уж спасибо огромное! Я, значит, спасаю твою убогую жизнь, а ты говоришь на это, что я дерьмово выгляжу?
Он сделал рукой неопределенное движение:
– Скажем так, ты бледновата немного.
– Да пошел ты! – И она взяла стопку.
Он тоже взял свою, очень осторожно чокнулся с Севджи и тихо сказал:
– Я у тебя в долгу, Севджи.
– Скажем лучше, что я рассчиталась за роллеров, – проговорила она, пригубив напиток. – Ничем ты мне не обязан.
– Обязан. Те парни в Нью-Йорке пытались убить меня так же, как и тебя. Это была самооборона. Тут другое. Твое здоровье.
Они оба осушили стопки. Севджи оперлась на стойку бара напротив Марсалиса, ощущая, как тепло скользит по пищеводу в желудок. Карл вопросительно поднял бутылку. Севджи покачала головой.
– Как я уже сказала, в любую минуту здесь будет ШТК-Без, – сказала она. – Я вызвала их, пока твои друзья устраивали тут танцы с бубном. Наверно, надо было начать штурм немного пораньше, но я надеялась на подкрепление.
– Ясно. – Марсалис посмотрел на свои руки, Севджи увидела, что они слегка дрожат, и от этого зрелища в животе у нее что-то сжалось. Она снова подняла взгляд, усмехнулась. – Ты все равно неплохо выбрала время. Как, черт возьми, тебя вообще сюда занесло?
