– Вот чего вы боитесь, да, Кэвелл? Испугались, что одна из ампул у меня в руке или в кармане разобьется, если я упаду. Я прав, Кэвелл?
Да, он был прав, именно этого я и боялся. Я уставился на ампулу в его ладони, маленький стеклянный флакон, закупоренный синей пластмассовой крышкой.
– Думаю, вам лучше убрать свою пушку, Кэвелл.
– Не сейчас. Пока пистолет наставлен вам в лоб, вы ничего не сделаете. Как только я его опущу, вы пустите в ход свой собственный. К тому же теперь мне кое-что о вас известно. Вы не воспользуетесь этой ампулой. Я думал, вы сумасшедший, Скарлатти. Но теперь я знаю, я читал досье: вы притворялись сумасшедшим, чтобы запугать нас и заставить действовать по вашему плану. Вы, конечно, хитры как лисица, но психика у вас не менее здорова, чем у меня. Вы не станете это использовать – слишком дорого вы цените собственную жизнь и успех своих замыслов.
– Ошибаетесь, Кэвелл. Еще как стану. И да, я ценю свою жизнь. – Он быстро глянул через плечо и вновь повернулся ко мне. – Восемь месяцев назад я прибыл в Мордон. Я мог взять вакцину в любое время. Но я выжидал. Почему? Я ждал, пока Бакстер с Макдональдом выведут аттенуированный штамм дьявольского микроба – штамм, который смертоноснее ботулинического токсина, но окисление которого длится всего двадцать четыре часа. Ждал, пока они подберут точную комбинацию температуры, фенола, формальдегида и ультрафиолета и создадут вакцину против этого ослабленного штамма. – Он держал флакон двумя пальцами. – В этой склянке аттенуированный дьявольский микроб, а в моей кровеносной системе – убивающие его инактивированные микроорганизмы. Цианид применен исключительно для отвода глаз, больше ни для чего. Теперь вы понимаете, почему Бакстер должен был умереть: он знал о новом вирусе и вакцине против него.
Я понимал.
– А также понимаете, что мне не страшно его использовать. Я… – Он замолчал, насторожился, смуглое лицо внезапно помрачнело. – Что это?
Я тоже услышал два резких металлических звука, словно щелчки заклепочного пистолета, только раз в пять резче.
– Как что? А вы не знаете? Это «мерлин марк два», Скарлатти. Новый скорострельный пистолет-пулемет, недавно поступил на вооружение войск НАТО. – Я смерил его взглядом. – Вы не слышали, что я сказал? Не ждите, никто сегодня сюда не придет. Только я.
– Вы о чем? – прошептал он, и я увидел, как побелели костяшки пальцев, сжимающих ампулу. – О чем вы говорите?
– Обо всех ваших друзьях – в ближайшие годы им не светит попасть домой. Обо всех отморозках – самых законченных отморозках – преступного мира, которые в течение нескольких последних недель таинственным образом исчезли из своих убежищ в Лондоне, Америке, во Франции и в Италии. Обо всех спецах в области газовой резки металлов, знатоках свойств нитроглицерина, экспертах по составлению взрывных смесей. О чемпионах по взлому и вскрытию банковских хранилищ и сейфов. Еще несколько недель назад Интерпол сообщил, что эти люди куда-то пропали. Мы не знали, что все они собрались в одном месте – здесь, в Лондоне.
Безотрывный взгляд темных, горящих глаз, дыхание с тонким присвистом – его лицо напомнило мне волчью морду.
– В ФБР считают, что вы – самый блистательный стратег и организатор из всех, с кем им приходилось сталкиваться после войны, Скарлатти. Вполне себе комплимент, и заслуженный. Вы обвели нас вокруг пальца. Настойчиво требовали разрушить Мордон, демонстративно распылили ботулотоксин в Восточной Англии, артистично притворялись, что не знаете о штамме дьявольского микроба в трех украденных вами ампулах, проявили явную неосведомленность о действии дьявольского микроба – вы нас всех убедили, что мы имеем дело с безумцем. Мы были уверены, что целью угрозы на квадратной миле в центре Лондона было разрушение Мордона в угоду прихотям сумасшедшего. Затем мы решили, что это коммунисты таким образом хотят добиться уничтожения нашей последней, но наиболее эффективной линии обороны. И всего несколько часов назад до нас дошло, что все это затеяно с одной-единственной целью – полностью освободить центр Лондона от людей.
