– Сейчас, сейчас, – она завела двигатель, воткнула штекер в разъём питания, на экране телефона загорелся зелёный круг, показывающий один процент. Отлично! Через несколько минут можно будет включить устройство и попытаться дозвониться в службу спасения. А пока нужно выехать на дорогу. Трасса не так уж и далеко. Кира оценивающе посмотрела на заросшую тропу, по которой она сюда заехала. Попробовать развернуться или лучше выезжать задним ходом? Пожалуй, можно рискнуть. Ям не видно. Кира аккуратно принялась выкручивать руль то в одну, то в другую сторону, постепенно выравнивая положение автомобиля. Наконец, у неё это получилось, машина встала к коряге задом. Кира взглянула на экран телефона, можно попробовать включить устройство. Нажав на кнопку сбоку, она в нетерпении забарабанила пальцами по рулю. Экран поприветствовал хозяйку, загорелась заставка. Прогрузились все приложения. Сети не было.
– Ну ничего, в службу спасения можно позвонить и без сети, – Кира уверенно ткнула пальцем в три заветные цифры. Ничего. Полная тишина в трубке. Она набрала ещё и ещё раз. То же молчание.
– Чёрт бы тебя побрал! – крикнула она в отчаянии, – Ну ничего, ничего, сейчас доберёмся до трассы.
Она нажала на педаль, авто тронулось. Странно, когда она ехала сюда, дорога ей казалась куда шире и просторнее, она точно помнила, что видела перед собой две колеи, да, поросшие травой, но всё же просматриваемые. Сейчас же не было даже этого. Неужели за одну ночь трава могла так подняться? Хотя был ливень, но не до такой же степени. Тут всё-таки средняя полоса России, а не экваториальные сельвы. Нет, глаза не обманывали её, колея явно стала уже. Лес будто бы приблизился, скрывая тропу от путника, таясь, закрывая ход и не желая отпускать жертву.
– Наверное сумерки так искажают картину, вчера-то я приехала сюда на заре.
Оглядываясь на Пантелея Егоровича, Кира мысленно молила его потерпеть, стараясь сдержать свой позыв дать по всем газам. Старик выглядел очень плохо, если бы не едва вздымающаяся грудная клетка, можно было бы подумать, что он мёртв. Черты лица заострились, покрывшись восковой бледностью. Одна рука свесилась вниз. Кира уложила его набок, помня про рвотные массы, которыми человек без сознания может захлебнуться и про запавший язык, и теперь со страхом и волнением наблюдала за ним в зеркало заднего вида. Казалось, что она везёт покойника. Эти мысли, а также всё нарастающее смутное беспокойство в воздухе, давящий купол леса, плотно сплетённые кустарники и травы были последней каплей и Кира не сдержалась, прибавила скорость. Радуясь скорому спасению, она нервно улыбнулась. Полынь, осока и репейники с сочным хрустом сминались под колёсами, не в силах им противостоять. Солдаты лесной армии падали сотнями. Но лес не сдавался. Сумерки уже наступили здесь, сгущаясь с каждой минутой. Однако света фар хватало, чтобы видеть колею. Неожиданно выскочивший прямо под колёса Алтынка, заставил Киру взвизгнуть и резко выкрутить руль вправо. Машину занесло, раздался глухой удар, ветви с силой захлестали по лобовому стеклу, закрывая обзор, что-то ухнуло, проскрежетало по днищу, затем автомобиль приподняло и с силой опустило вниз, Киру мотнуло, и она ударилась об руль. Когда всё стихло, она медленно подняла голову, первым делом оглянулась на старика, тот каким-то чудом не упал, только перевернулся на живот, и лежал теперь лицом вниз. Кира прикоснулась к своей щеке, по которой что-то стекало, кажется, рассекла скулу. Она глянула в зеркало – не страшно, небольшая ссадина, под глазом, правда, начинала расплываться гематома, но это ерунда, жизни не угрожает. Так. Надо посмотреть, что там с машиной. Кира вышла, под ногами хлюпнуло и кроссовки тут же наполнились холодной водой. Она охнула, поморщилась, схватилась за дверцу, едва не поскользнувшись на склизком дне, бегло осмотрела авто. Машина плотно села в какую-то ямину, залитую водой, видимо после вчерашней грозы, бушевавшей почти до рассвета. Кира застонала, что же делать теперь? Открыв заднюю дверь, она, с трудом справившись, развернула Пантелея Егоровича на бок. Снова проверила дыхание и пульс, удостоверившись, что он жив, кивнула и огляделась. Вот чёрт! На правой фаре виднелись следы крови и прилипшая шерсть. Похоже, она всё-таки зацепила собаку.
– Алтынка! Алтын, хороший мальчик, иди сюда! Алтын! – попыталась она позвать пса, но тот не откликался.
Слёзы отчаяния потекли по щекам, ссадину защипало. Неужели всё напрасно и она не успеет спасти человека? Да что же такое творится-то? В немой злобе она ударила кулаком по сиденью, захлопнула дверцу и полезла наверх. Яма была неглубокая, но, глядя на её рыхлые осыпающиеся края, Кира понимала, что выбраться из неё будет делом непростым. «Надо веток наломать, подложить под колёса и попробовать выехать задом». Не удержавшись и всё же поскользнувшись на откосе, она шлёпнулась прямо в грязь, вымазавшись в глине.