– Чай с чабрецом. Пейте. Вас как зовут?
Горячий чай немного успокоил её.
– Света. Я… я… убила-а-а! – сквозь всхлипывания смогла произнести Света.
– Кого? Где?
– Там… Маньяк…
– Понятно, – коротко сказал лейтенант. Машина резко развернулась.
Они долго кружили по району, пока Света не узнала ту дорожку, по которой она свернула в этот проклятый лес. Неудивительно, в темноте местность всегда кажется другой.
– Дальше не проехать, – виновато сказала она.
Плутать по тропинкам долго не пришлось. Уже окоченевшее тело Славы словно ждало гостей. Лейтенант присвистнул от удивления.
– Чем же вы его? – спросил сержант.
– Не знаю… Он напал на меня, потом умер. Я убежала.
Прибыла оперативная группа. Полный молодой мужчина с чемоданчиком склонился над трупом.
– Ой, девонька, повезло тебе неслыханно. Не успел злыдень над тобой надругаться – сердечко, видимо, прихватило, – радостно сообщил он, бегло осмотрев тело.
Света с лейтенантом прошли в машину. Офицер достал папку с бумагами, принялся писать, попутно задавая ей вопросы. Кто такая, где живёшь, кто родители, где учишься. Его интересовала каждая мелочь: зачем пошла в лес, знала ли этого Славу раньше, что он говорил, что делал, как стоял. Тут ей пришлось врать – не скажешь же, что пошла в лес за данью. Ответила, что собирала ветки для новогоднего букета, да и рыбку похоронить хотела красиво.
– И, когда Слава упал, тебе показалось, что он встаёт, поэтому ты и убежала, верно? – сказал вдруг лейтенант.
Света на секунду задумалась, потом утвердительно кивнула.
– Отлично, так и запишем, – удовлетворённо пробормотал полицейский, – Света, тебя ещё вызовут в полицию, и тебе придётся ещё раз всё рассказать, так что не забудь, почему ты побежала, хорошо?
И Света снова молча кивнула. Полицейские отвезли девушку домой, где уже не находили себе места встревоженные родители. Телефон всё это время находился в рюкзачке, звук был выключен. Как так получилось, ведь Света всегда держала его под рукой? Двадцать шесть пропущенных вызовов. Света повторила свой рассказ матери и отцу.
– Так ему и надо, подонку! – злобно сказал отец.
Мать обняла дочь, ласково прошептала:
– Всё хорошо, доченька, всё уже закончилось.
Весть о случившемся мгновенно облетела город. Хоть Света и не написала в группу, но шквал сообщений с сочувствиями и словами поддержки вскоре заставил телефон скорбно пискнуть, известив хозяйку о разряженной батарее. Писали все, одноклассники, друзья и подруги, родственники – не только в мессенджер, но и в соцсеть. Свете пришлось зайти туда, чтобы поблагодарить всех за поддержку, в группу же она бросила короткое сообщение: «Собирала веточки для рыбки, но случилось вот это». Взяла на балконе пакет с рыбкой, вытряхнула тельце в унитаз и спустила воду.
На следующий вечер у дома Светы собралась вся деревенская компания. Она шла из школы, когда увидела у подъезда знакомые лица. Бросив дома рюкзачок, Света вернулась к друзьям. Они гуляли по двору, засыпая девочку вопросами. Отвечать было больно, но она понимала – друзьям важно это знать.
– Не знаю, как уроки отсидела – всё как в тумане, – уставшим голосом произнесла она ответом на немой вопрос сочувствующих глаз друзей, – Получается, я его убила! Пакет велела взять и заклинание прочитала.
– Хоть объяснила бедняге, зачем тебе ветки-шишки? – спросила Алёна.
– Сказала, что на биологию.
– Ветки на биологию, голубь на биологию, – Серёга пытался спародировать голос биологички, – Вот видите, дети, как важен и нужен этот предмет в жизни!
Никто даже не улыбнулся.
– Сам виноват, – сказал Артём.
– А ты, выходит, видела Чёрный лес? – тихо спросил Стасик.
– Да… Нет… Не знаю! Абсолютная чернота была. Лес – не лес. Что-то чёрное возникло вдруг, а он как плюхнется на колени, глаза закатил – и плачет. Жуть. Приснится такое – с ума сойду.
Они гуляли часа два, болтая на разные темы, постоянно возвращаясь к случившемуся. Света всё время говорила голосом, полным слёз, пока вконец не разревелась. Никакие аргументы не помогали. То, что он сам виноват, то, что любой человек вправе защищаться, что любой охотник должен осознавать, что и сам может стать жертвой – ничто из этого не сработало. В итоге она, оставив друзей, ушла домой, вся в слезах.
– Бедная Светка! – проговорил Артём.
– И не говори! – согласилась Алёна.
– Я не о том… Ко мне голубь долбится по ночам, к Лёшке Найда приходит. Что со Светкой теперь будет?
– Есть фотки? Покажь! – заинтересовался Серёга.
Фотография голубя получилась отлично, уличный фонарь ещё добавил таинственности и демонического обаяния птице.
– Вполне реальный – не то, что Найда, – заметил Стасик.
– А ведь точно, – воскликнул Серёга, – Мы про это как-то не подумали.
– То есть, мы его вернули в мир живых, и он долбится в окно. Найду же никто не возвращал, а Лёшка тухлятиной провонял. Значит…
– И мы её не видим, и следов её – тоже. Голубь же – реальный.
– По крайней мере, маньяк в окно к ней не полезет, если Светка не сглупит.
– А ведь она может! – воскликнул Серёга, – Убила, мол, убила. Виновата! Воспитательную беседу с ней нужно провести.