– Ха, ну если вы считаете преступниками нас с Йеном, – у Алека вырвался короткий истеричный смешок, – значит, не встречались с Данте. Он животное, вот он кто. Очень хитрое, злобное животное. Данте и подобные ему – да как их только земля носит!
– То же самое можно сказать о ваших предшественниках, – заметил Грей.
– Вы о Монахах? Господи боже, да у нас с ними ничего общего, – хмыкнул Алек, хотя по его глазам было ясно, что общего как раз предостаточно. – Так чего вы хотите? В момент смерти Йена никто не присутствовал, и я не знаю об этом ничего, кроме того, что Стоук получил письмо.
– Вы виделись с ним в тот вечер, когда он умер?
– Нет, по мобильному разговаривал, – признал Алек. – Его улицу ночью патрулируют, и он вернулся к себе домой. Думал, это пустые угрозы какого‑то психа. А утром горничная нашла Йена на полу в спальне.
Грей казался себе голландским мальчиком, который затыкает плотину пальцем [14]. Чтобы нормально расследовать подобное убийство, нужно куда больше нескольких дней, да и отчет криминалистов пока не пришел, а к тому времени, как обнаружится зацепка, будет доставлено следующее письмо и найдена очередная жертва убийства.
– Мне нужно осмотреть дом, – буркнул он.
– Ключей у меня нет, поэтому я не понимаю, чем…
– Просто отвезите меня туда. И немедленно.
Грей придерживал Листера под локоть, пока они шли по оживленной улице. Оказалось, что Йен жил всего в нескольких кварталах от Лэдброк-Мьюз, в тихом тупичке неподалеку от Холланд-парк. Брови Грея поползли вверх, когда Алек привел его на усаженную деревьями мощеную улочку, вдоль которой стояли отделенные друг от друга безупречные кирпичные особнячки с гаражами внизу. В центре Лондона такое жилище стоит миллионы.
Трехэтажный дом Йена окружала ограда с кованными железными воротами, а белый фасад был отделан черным деревом и увит розами. Грей осмотрел входную дверь: крепкая и, похоже, заперта на засов. Сунуться сюда можно будет только под покровом темноты. Он повел Алека на зады особняка, на ходу осматривая окрестности. Окна были высокими и достаточно надежными.
Проникнуть в запертый дом может любой профессионал, даже не прошедший усиленный курс подготовки. Грей заметил провода и камеры охранной сигнализации, и это вызвало новые вопросы о ночи, когда Йен умер.
– Сигнализация в ту ночь срабатывала? – поинтересовался Грей.
– Нет.
Она могла не сработать по трем причинам: либо в деле был замешан опытный взломщик, либо ему помогал знакомый Йена, либо убийца телепортировался прямо в дом и пустил ядовитый газ. Грей решил заняться вторым вариантом.
– Полиция говорила с охраной и проверяла камеры? – спросил он. – Той ночью в дом кто‑то входил?
– Ни души, кроме самого Йена.
– Он въехал на машине в гараж?
– Видимо, да. Черт, на самом деле я не знаю.
Грей потер щетину.
– Наверное, на камерах не видно, кто внутри машины.
– В любом случае у Йена были тонированные стекла.
– Не сомневаюсь. На момент гибели он с кем‑то встречался?
– Да все с той же молоденькой телочкой, что в последние месяцы. Но вы же понимаете, – гнусно улыбнулся Листер, – у него всегда была какая‑нибудь телочка, и чем моложе, тем лучше.
– Вы знаете, как ее зовут? – Голос Грея стал суровым.
– С чего бы?
Доминик снова взял адвоката под локоть и надавил на нерв. Алек вскрикнул от боли.
– Мы не в зале суда, – бросил Грей. – Я задаю вопросы, вы отвечаете.
– Изабелла.
Грей знал, что получает правдивые ответы: хитрить на допросе у этого типа кишка тонка.
– Изабелла, а фамилия?
– Он не говорил.
– Как мне ее найти?
– Без понятия.
– Йен делал видеосъемки?
Алек замялся, и Грей снова нажал на нерв.
– Да! Но не здесь, насколько я знаю. Только когда собиралось несколько человек.
– И когда было последнее сборище, которое засняли?
– Десять дней назад.
– И где запись?
– У его адвокатов, – сообщил Алек.
Проклятье.
– Мне нужно ее посмотреть.
– Сомневаюсь, что удастся, – хрипло рассмеялся Листер.
Тем временем они оказались за домом. Тут в узком внутреннем дворике росли деревья и цветы, журчал фонтан и пахло лавандой. Грей прижал спутника к стене дома и велел ждать. Он заметил камеру, направленную на черный ход, и вскарабкался по решетке для вьющихся растений, чтобы повернуть глазок в другую сторону. Потом спрыгнул на землю, вытащил из ноги шип от розы и стал ковыряться в замке отмычкой. Если сигнализация до сих пор включена, в чем Грей сомневался, он сможет просто уйти, когда она сработает.
