Радек воображал, как много лет назад этой же дорогой ехал Алистер Кроули, чтобы основать пресловутое Телемское аббатство. Еще перед путешествием Виктор думал, не задержаться ли ему в Палаццо деи Норманни в Палермо, потому что это было последнее место, где всплывало упоминание о «Тутори электус». Но над ним, подобно стервятнику с острыми когтями, навис трехдневный срок, поэтому он решил сосредоточиться на Чефалу, сочтя, что всю работу в Палермо за него в свое время сделал Кроули. К тому же Виктор навел справки относительно «Тутори» во всевозможных источниках, включая и Палаццо деи Норманни. Никто там не слышал ни о борцах с ересью, ни об Ахримане.
Машина поднялась на склон, и Виктор увидел знаменитую скалу Чефалу. Гигантская известняковая глыба возвышалась вдали, будто титан из греческой мифологии, и казалась профессору наглядным воплощением непомерно раздутого эго Кроули.
Скала, которая, по словам водителя, была известна просто как Ла Рокка [20], отвесно поднималась над бархатистым морем, увенчанная руинами мавританского замка. Средневековый город Чефалу приютился у подножия Ла Рокка, над ним поднимались построенные из песчаника двойные башни Дуомо, а здешнее небо было такого глубокого синего цвета, что казалось нарисованным.
Общество, населявшее это невероятно красивое изолированное место, было печально известно своей скрытностью и беззаконием. Виктор понимал, почему английский оккультист решил тут обосноваться. Телемское аббатство стало личной школой магии Великого Зверя, выгребной ямой, где процветали наркотики, секс и оккультные эксперименты, в результате чего Кроули снискал сомнительную славу самого порочного человека в мире. Нашумевшее аббатство просуществовало до 1923 года, когда один из адептов умер, напившись крови принесенных в жертву кошек. Событие получило общественный резонанс, и тогда Муссолини прикрыл лавочку и выдворил из страны ее основоположника.
Но неужели Кроули проехал полмира лишь потому, что изолированное положение Чефалу, в 1920 году – практически затерянного мира, показалось ему подходящим, чтобы основать там школу? Более вероятно, думал Виктор, что у черного мага была и вторая цель: использовать городок как исследовательскую базу для поисков легендарного «Гримуара Ахримана».
Так куда же подевались «Тутори» – рассеялись по миру, вернулись в Рим, осели в Палермо? И что они сделали с «Гримуаром Ахримана», если им удалось его раздобыть? Казалось очевидным решением отослать единственный экземпляр в тайные архивы Ватикана, но как в таком случае Дарий сумел до него добраться? Если, конечно, ему это действительно удалось. Ответов Радек не находил.
И зачем вообще было вести самого Виктора по этому пути? Он понимал, что с ним играют, но привык доверять инстинктам, а те говорили, что в Чефалу ему нужно найти некий важный фрагмент информации, без которого не обойтись.
Проблема заключалась в том, что не все его инстинкты были направлены на раскрытие дел.
Профессору как раз хватало времени, чтобы забросить сумки на виллу и успеть к двум часам на встречу со Скарлет Александер, магистром храма ложи Чефалу. Расцвет оккультизма в последние несколько десятилетий вызвал рост интереса к Кроули, и, к ужасу местного населения, в Чефалу возникла современная ячейка аббатства Телемы. По словам Гарета, который договорился об этой встрече за считаные часы до своей огненной гибели, Скарлет Александер знала об Алистере Кроули больше всех ныне живущих.
Проведя совсем немного времени на арендованной вилле, Виктор совершил короткую прогулку по средневековому центру города. Ему приходилось уворачиваться от скутеров, а за воротничок рубашки стекал пот. Под отдаленный звон церковных колоколов Радек зигзагами пробирался по узким мощеным улицам, наслаждаясь острым запахом свежей сардины на лотках уличных торговцев; в конце густо увешанных сушащимся бельем переулков то и дело мелькало море.
Нужную тратторию он нашел на Корсо Ружжеро, главной улице с газовыми фонарями и балконами, обнесенными коваными перилами, где тень красивых каменных зданий давала приятную передышку от солнца.
Ресторан был настоящей пасторальной жемчужиной Пьяцца-дель-Дуомо. Вокруг фонтана во внутреннем дворике были расставлены столики и посажены пальмы, по решеткам вилась виноградная лоза с руку толщиной. Отсюда открывался вид сразу и на собор медового цвета, и на маячащую над головами Ла Рокка.
В нормальном состоянии Виктор с наслаждением заказал бы обед из семи блюд, вершину совершенной сицилийской кухни, но вместо этого попросил принести бокал вина, чтобы успокоить нервы, и простую пасту
