Громкий чих Флинна напугал птиц, которые крикливой стаей улетели в сумеречное небо. Зимняя ночь расползалась по Инферсити быстро, и город, страшась утонуть в холодной темноте, стал зажигать фонари. Вот и над головой Флинна пролился слабый свет, и тени бледными мазками легли на асфальт. Только сейчас он заметил, что в воздухе медленно кружат снежинки, подхваченные успокоившимся ветром. Первый снег всегда казался Флинну особенным, было в нем что-то сказочное, он будто очищал этот мир и приносил с собой перемены к лучшему.
На его лице начала появляться улыбка, но ее спугнул резкий, пронзительный звук. Кто-то открыл калитку, и та в ответ ворчливо заскрипела, недовольная тем, что ее потревожили. Флинн замер и скосил глаза, чтобы посмотреть, кто же покинул пределы «Дома несчастий». Высокий парень, настолько худой, что напоминал мачту, на которой парусами висела одежда, аккуратно закрыл за собой калитку и без оглядки пошел по тротуару.
Голова опущена, плечи напряженно приподняты, походка быстрая и пружинистая, а правая рука явно что-то крепко сжимает в глубоком кармане куртки. Наконец-то! Курьер. Скорее всего, новичок, боящийся потерять «особо ценное письмо» и тем более опоздать, ведь конверт нужно доставить не позже определенного времени. Если опоздаешь – голова с плеч. Работа в целом была несложной, но очень опасной: один неверный шаг – и ты мертвец.
Флинн не отрывал взгляда от черной куртки с нарисованными на спине желтыми кругами – один внутри другого. Нет, ну он не только новичок, но и, судя по его наряду, полный придурок! Идти на задание в такой запоминающейся одежде – глупее не придумаешь. Ему еще повезло, что он не встретил мистера Баедда, иначе бы тот пристрелил его, приняв рисунок на спине за мишень. Но, впрочем, Флинну это было на руку, ведь не потерять из виду этого паренька будет проще простого. Иногда чужая глупость – это подарок судьбы.
Дождавшись, когда паренек отойдет метров на пятьдесят, Флинн, ухватившись за лозу девичьего винограда, бесшумно слез со стены и пошел вслед за ним. Он надеялся, что этот новичок будет настолько беспечным, что не станет часто оглядываться и не заметит за собой хвоста. Погоня не входила в сегодняшние планы Флинна. Все должно пройти гладко, нет, все просто обязано пройти гладко. Если у Вселенной действительно осталось крайне мало времени, как утверждал Граф Л, то второго шанса уже может и не представиться. Сегодня Флинн узнает, что стало причиной его гибели. Он узнает, что же находится в этих чертовых конвертах.
Весь Инферсити будто вымер, превратившись в город-призрак. На своем пути Флинн не встретил ни одного прохожего, и даже бродячие коты и помойные крысы не попадали в поле его зрения. Только вороны следили за ним и тем пареньком, как стервятники в пустыне следят за умирающими от жажды, дожидаясь, когда те обессиленно рухнут на раскаленный песок и испустят последний вздох.
Флинн шел мягко, чтобы в ночной тишине не было слышно звука его шагов, но быстро, чтобы не потерять свою цель в переплетениях улиц. Иногда ему казалось, что подошвы его кроссовок почти не касаются асфальта, а внезапные порывы ветра толкают в спину, подгоняя. Словно ветер тоже понимал, что времени у всего мироздания осталось немного, и поэтому помогал Флинну как мог.
Он уже почти не чувствовал холода: движение согревало, и изо рта вновь стало вырываться облако пара, да такое густое, что, поднимаясь к глазам, мешало обзору. Со стороны Флинн, наверное, напоминал паровоз, несущийся по рельсам. Вот только куда он направлялся? Он будто острыми ножницами отрезал от большого холста боковые части, оставив лишь то, что было по центру, – а именно: маленький кусочек улицы и силуэт паренька.
Флинн не мог понять, в каком районе сейчас находится, он хотел оглядеться, чтобы сориентироваться, но боялся, что, стоит ему отвести взгляд от желтых кругов на куртке паренька, – и появится сизый туман, который поглотит того, скрыв от чужих глаз. У него была какая-то странная и необъяснимая уверенность, что если не прерывать зрительного контакта, то магия Авелин не сработает. Ее суллема лжи окажется бессильной и не сможет помешать ему. Как же любят люди что-то вбить себе в голову и свято верить в это, лишь бы не терять надежды. Так, наверное, и рождаются всякие суеверия.
И вот Флинну, окрыленному уверенностью, что все пройдет без сучка и задоринки, высшие силы решили спутать все карты. Видимо, им вдруг стало скучно. Ветер перестал подталкивать Флинна и в следующее мгновение вихрем закружил перед ним листья и с остервенением швырнул их ему в лицо. Резко остановившись, он закрыл глаза ладонями и согнулся пополам. Выступили слезы и теплыми ручейками потекли по замерзшим щекам. Убрав руки от лица, Флинн часто заморгал, но лучше не становилось: глаза болели, будто в них стеклянных осколков насыпали.
