«Тогда плохо дело. Мир на грани катастрофы, а единственный, кто может спасти его, потихоньку впадает в беспамятство».
М-да уж, быстро же сбылось «последнее предсказание», вот только таких откровений в День Великого Прозрения Флинн никак не ожидал. И что же ему теперь со всем этим делать?
– Тигмонд! – воскликнула Хольда, оторвавшись от книги, и вскочила с дивана.
Но когда она увидела, что в комнату вместо него вошел Флинн, радость в ее глазах потухла, и она медленно села обратно, разочарованно пробормотав:
– А, это ты…
– Прости, это всего лишь я, – извиняющимся тоном сказал Флинн.
Он закрыл зеленую дверь с нарисованной веткой терновника, быстро подошел к одному из четырех диванов и сел напротив Хольды.
– Он все еще у Властелина Смерти? – спросил Флинн.
– Нет, пошел к Шивонну за коктейлями, скоро придет, – уткнувшись в книгу, прошипела Хольда и уперлась ногой в стоявший перед ней низенький стол.
Она лгала, Флинн только что вернулся из «Зеркального кролика», и Тигмонда там не было.
– Хольда, это была не моя идея, – начал оправдываться Флинн. – Это Граф Л выбрал его в качестве «жертвы».
– Которую ты благополучно принес, – съязвила Хольда, стрельнув в него взглядом. – В мире мертвых куча посыльных Смерти, а наш начальник решил взвалить все проблемы на Тигмонда, которого мы совсем недавно с трудом вырвали из лап Лимба.
Хольда замолчала и отгородилась от Флинна книгой, делая вид, что читает. Вот только книгу она держала вверх тормашками. Ее недовольное сопение наполнило комнату, и Флинн, не имея больше сил нести свою ношу в одиночку, снова заговорил с ней:
– Хольда, я пришел не просто так. Мне нужно кое-что тебе рассказать, и это очень серьезно. Пожалуйста, перестань дуться на меня и убери уже эту книгу, ты ее все равно не читаешь!
Флинн наклонился и силой отобрал книгу у Хольды, которая от такой вопиющей наглости нахмурила редкие брови и приоткрыла рот, видимо борясь с желанием высказать ему в лицо все, что она думает о нем.
– Если он не вернется, я тебя лично скину в Лимб, – наконец-то проговорила она. – И Граф Л полетит следом!
– Если ты меня не выслушаешь и не поможешь мне, то скоро скидывать наши души будет некуда. Да и нас самих не будет, – серьезно произнес Флинн, сжимая в руках отобранную у Хольды книгу. – Мы все обречены, Хольда!
Он увидел на ее лице столько эмоций: растерянность, непонимание, страх, недоверие. Гнетущее молчание повисло в комнате, и Флинну даже показалось, что он слышит, как разрушительным вихрем проносятся мрачные мысли в голове Хольды. Но вот она подняла глаза – и буря в ее душе утихла. Послышался тихий скрип, Хольда приподнялась и в следующее мгновение помчалась к входной двери.
Флинн повернулся и застал трогательную сцену: Хольда бросилась на шею Тигмонду, который даже не успел переступить порог своей комнаты; в ответ он подхватил ее и, приподняв над полом, крепко прижал к себе, лицом уткнувшись в ее темно-рыжие волосы.
– Ты вернулся, вернулся… – тихо всхлипывала она.
– Ну а как иначе? Я ведь знал, что ты меня ждешь, – успокаивающе прошептал он. – В этот раз мне даже не страшно было умирать. Тише, тише, не плачь, Холли.
Тигмонд бережно опустил Хольду на пол и, обхватив ладонями ее заплаканное лицо, наклонился и поцеловал в губы. Хольда сразу же притихла, а Флинн с улыбкой отвернулся, чтобы не мешать им. Он искренне радовался, что эти двое нашли друг друга и силы, чтобы признаться в своих чувствах. Хотя последнее касалось только Хольды, ведь Тигмонд с самого начала не скрывал своего отношения к ней.
Через несколько минут Флинну все же пришлось негромко прочистить горло, напоминая влюбленной парочке, что они не одни в комнате.
– Я, конечно, все понимаю, но пока вы целуетесь, мир потихоньку рушится, – сообщил Флинн, положив книгу Хольды на стол.
– О, и ты здесь! Прости, не заметил, – наконец-то отстранившись от Хольды, с широченной улыбкой сказал Тигмонд. – Ты мне, кстати, одну жизнь теперь должен, поэтому…
– Подожди, – перебила его Хольда, нахмурившись. – Флинн, о чем ты?
– Вам лучше присесть, – с обреченным вздохом ответил Флинн и кивнул на диван напротив него.
Когда они сели, Тигмонд одной рукой обнял Хольду за плечи и прижал к себе.
– Что-то пошло не так? – обеспокоенно спросил Тигмонд.
– Все уже давно идет «не так», – простонал Флинн, устало потерев глаза, и начал рассказывать все, о чем Граф Л просил его молчать.
Говорил он долго, и каждое слово давалось ему тяжело, он чувствовал себя врачом, который сообщает пациентам, что их дни сочтены. Если задуматься, то так оно и было: всем им осталось недолго ходить под звездами, ведь те скоро погаснут и Вселенная погрузится во мрак.
Когда Флинн закончил, Тигмонд посмотрел на посеревшее лицо Хольды и взял ее за руку.
– Все будет хорошо, Холли, – попытался успокоить ее Тигмонд. – Мы обязательно со всем справимся.
– Как? – еле выдавила из себя Хольда. – Даже Граф Л – страж порядка, создание Творца – уже не справляется! А как тогда мы – простые люди – сможем предотвратить конец света?
