– Неплохой вариант, но на твоем месте я бы перерезал горло. Вышло бы зрелищнее.
– Не хочу пачкать одежду, у меня позже свидание с Фанабер, – соврал Флинн.
Хотя если возвращение в мир мертвых можно считать романтической прогулкой, то, в принципе, выходит, что откровенной лжи в его словах не было.
– В будущем надевай что-нибудь красное – и кровь заметна не будет. Я всегда так делаю, иначе костюмов не напасешься, – пожаловался Баттори, и его недокуренная сигарета ярким метеором полетела в реку и погасла.
– Спасибо за совет, я пошел, – недобро сощурившись, ответил Флинн.
План был простой, но в итоге Баттори получит желаемое – кровавое зрелище. Флинн подойдет к Тигмонду сзади, и когда тот наклонится для того, чтобы якобы завязать шнурки, он ударит его ножом в спину, а затем выбросит тело в реку, чтобы Баттори не увидел, как оно распадается на звездную пыль.
Тенью следуя за Тигмондом, Флинн достал из кармана нож и покрепче сжал его в руке. С неба срывались одинокие снежинки, фонари светили слабо, ветер стих, как будто природа затаила дыхание, с интересом наблюдая за происходящим на мосту. И вот нужный момент настал: Тигмонд остановился и присел, делая вид, что завязывает шнурки. Флинн подкрался, занес руку для удара и… не смог – так и замер, словно на него посмотрела змееволосая дева из мифов и превратила в каменное изваяние. Тигмонд поднялся на ноги, мельком оглянулся и, оглушительно закричав, кинулся бежать. По телу Флинна точно пустили ток, и он, сбросив оковы оцепенения, помчался вслед за ним. Быстро догнав Тигмонда, он повалил его на асфальт лицом вниз, при этом выронив нож. Парень начал сопротивляться и, выбравшись из-под Флинна, снова побежал вперед, зовя на помощь.
Флинн уже было подумал, что он ошибся и это вовсе не Тигмонд, а другой посыльный Смерти, который просто оказался не в том месте, не в то время. Но размышлять было некогда, схватив лежавший на асфальте нож, он вновь начал преследовать парня, который вскоре споткнулся и упал. Когда Флинн оказался рядом с ним, тот перевернулся на спину – это все-таки был Тигмонд.
– Что ты творишь?! – сердито прошептал Флинн, замахнувшись рукой, в которой был нож.
– Ты затупил, а нужно, чтобы все выглядело натурально, – вытянув перед собой раскрытые ладони, якобы защищаясь от нападения, тихо ответил Тигмонд. – Или ты думаешь, что любой нормальный человек спокойно стоял бы и ждал, когда его убьют? – И уже громко добавил: – Нет, прошу, не убивай меня! Не надо!!! Я все тебе отдам, только не убивай меня! Умоляю!!!
Флинн опустился на колени рядом с ним и опять застыл в нерешительности. Вонзить кому-то в грудь нож и смотреть на чужие мучения – непросто, даже если этот человек уже мертв. Тигмонд же все продолжал кричать, умоляя о пощаде, и выходило у него так натурально, что Флинну постоянно приходилось самому себе напоминать, что все происходящее лишь спектакль, устроенный специально для Баттори.
– Ну же, не теряй времени, Флинн, – перейдя с крика на шепот, сказал Тигмонд.
Флинн зажмурился, сделал вдох и с хриплым возгласом вонзил нож в грудь Тигмонда, чей крик острым лезвием резанул по слуху. Отпустив рукоять ножа, он открыл веки, и его сердце сжалось от увиденного. Глаза Тигмонда неподвижно смотрели в небо, холодный пот бисеринами покрыл побледневшее лицо, а губы стали синими. Он закашлялся, и из его рта потекли алые струи. Когда его тело несколько раз содрогнулось в конвульсиях и он притих, Флинн понял, что пора. Обхватив грудь Тигмонда, он подтащил его к перилам моста и, с трудом подняв, скинул в реку. Послышался всплеск, и черные воды приняли жертву, принесенную Флинном. Присмотревшись, в густой тьме он увидел слабый серебристый свет: тело Тигмонда начало распадаться, звездной пылью растворяясь в реке.
– Молодец, – с паузами хлопая в ладоши, сказал Баттори. Флинн не заметил, как тот подошел к нему и встал рядом. – Я уже и не надеялся, что ты решишься. В тебе было столько сомнений. – Он неодобрительно покачал головой. – Запомни: сомнения – это удел смертных. В твоей будущей бессмертной жизни их быть не должно. Захотел – сделал без раздумий.
– Учту, – коротко ответил Флинн. – Что дальше? Я уже принес себя в жертву, принес в жертву другого человека. Когда же наступит день моего перерождения в бессмертного?
– Скоро, совсем скоро, – ободряюще похлопав Флинна по плечу, с улыбкой произнес Баттори. – И так как ты жених нашей обожаемой Фанабер, мы в честь этого важного события устроим раут в Бавель-тауэре. Соберутся все самые влиятельные одержимые Инферсити!
– И что же будет на этом рауте?
– Твоя инициация, конечно же.
– И как она будет проходить? – сдвинув брови, спросил Флинн.
Баттори наклонился к Флинну и, положив руку ему на плечо, притянул его поближе к себе.
– Кристиан, не забывай о судьбе несчастной кошки, – промурлыкал Баттори ему на ухо. – Ты же не хочешь ее повторить?
– Нет, – сухо произнес Флинн, испытывая такое отвращение, что его едва не начало трясти.
– Ну вот и славно, – отпустив его, сказал Баттори и ушел.
