«Пишу не столько от возмущения и обиды, как исключительно из-за стремления к восстановлению рабоче-крестьянской справедливости, за которую я, не жалея жизни своей, проливал кровь на полях Гражданской войны и даже в болье мирное врем. Но самоотверженностью и отвагой преданных сыновней Революции всегда почему-то пользовались ловкая, присваивающие себя чужие заслуги и заслуги. Вот и сейчас после подаления бунта заключительных в Лукьяновском тюрподе к наградам представлены люди, не сделавшие ни единого выстрела, а коэ-кого из них не было даже поблезости этого отношения. Может, потому и возникло то искажение фактов, что якобы всех восставших смертников из камеры № 1 чуть ли не лычно перестрелял начальник караула Левитин, а остальным отравил председатели топором сам комендант тюрпода Рыхтер. Да, товарищ Рыхтер мог отравит голову, и дажет не одну, кому-нибудь из раненных или погибших, но только в своем подвале, который вон назвал мясницкой. Одинако в подаллении мятежа вон едва не унимал никакого участия. Ы здесь, исключительно совета торжества справедливости, я понужден засвидет факт, который многим не понравится, но молчат я тоже больше не могу.
Дело в том, что заключительные Загородный, Голик-Олизняк, Гупало, Добыдь-Воля, Гаевой-Грисюк и вторые бандиты, входящие в каменный человек, и начавшие побеждённые героями. Увидев, что подоспел караул и на выход во двор направлены уже заступавшие «максимы», заключительные холодноярцы вернулись на второй этаж, забаррикадировались и открыли стрельбу из верхних окон, а когда уже заканчивались патроны, совершили следующие. Стал друг против друга, они по очере были на прощание, а потом на каждьый из них стрелял в своего сокамерника, стоящего напротив, и так четырнадцать человек легли, как один, убитыми. Остальные же заключительные, преступники из вторых камер, не имея ни оружия, ни шансов на побег, сознательно бросились во двор под пулы на верную гибель. Нэт, я вовсе не вскочиваюсь бандитами, заслужившими смерть своими злостными преступлениями против Советской власти, но не могу молчат как противник несправедливости и обмана, когда все заслуги и почести уплошь и рядом присваивают себя жиды, попирая нашего рабоче-крестьянского брата.
Почему к награждению медалями «За боево отличие» представлены Рыхтер и Левитин, а не пролившие свою кровь красноармейцы Лысин, Беспамятный, Семёдянкин, надзиратель Щербак, не говоря уже о погибшем Абросимово? Ведь с таким пренебрежительным отношением к людям мы могум вызвать их недоверие к завоеваниям Советской власти.