Первая история, за которую он взялся, была о Чертоге Асуры и о том, что там почитают сразу двух Древних. Считается, что именно они основали город в 1842 году и даже правили в нем, пока бесследно не исчезли. Другая легенда корнями уходила в предания Океании про бессмертного бога, который проживает тысячи жизней. Следующая история, кажется, была самая древняя из трех: о проклятии Индонезийских островов, где много веков назад пропадали самые сильные мужчины, а вернувшись, они слабели и умирали в течение нескольких лет. Где-то между третьим и четвертым рассказами Рейн начал терять ход повествования и был бы рад обвинить в этом отвратительный ягодный чай, но в действительности дело было в предмете разговора.
– Как же все-таки это важно – встретить глубоко изучившего предмет человека. – Яра сидела с видом увлеченного слушателя, уложив голову в ладони.
– Разрешите поинтересоваться, почему вас так захватывает эта тема? – с лицом того, чей день из худшего внезапно превратился в самый приятный на неделе, спросил продавец.
Она растерянно помедлила, но все же ответила:
– У меня не получается постоянно контролировать магию, и я ищу ответы везде, где это только возможно.
– Что вы имеете в виду? – участливо поинтересовался мужчина, но что-то в его голосе заставило Рейна слушать их внимательнее.
– Например, на практических занятиях бывает так, что магия заканчивается, а потом внезапно она появляется, – объясняла Яра. – Чтобы полностью исчерпанный запас энергии хоть немного восстановился, в среднем нужно от получаса до двух часов, а со мной это может происходить в течение пяти минут.
Она вздохнула и опустила руки на стол, касаясь блюдца под чашкой, а продавец подбадривающе похлопал ее по плечу, покачивая головой и вцепившись в нее внимательным взглядом. Рейн неожиданно стал вспоминать, когда почувствовал ее поле, – или оно не ощущалось вовсе до этого момента? От этих мыслей взгляд хозяина лавки начал нравиться ему еще меньше. Он легко пнул ее ногой под столом и взглядом указал в сторону выхода.
– Вижу, что нам не зря посоветовали именно вас, – с холодной благодарностью произнес Рейн и щедро расплатился с хозяином лавки.
– Спасибо вам огромное за приятную беседу и теплый прием. – Рассеянно улыбаясь, Яра непонимающе уставилась на него, но отрицать ничего не стала и, быстро собрав свои вещи, надела пальто.
Взгляд маленького и шустрого владельца магазина сделался испуганным. Этот испуг не имел ничего общего со страхом, который Рейн иногда видел в глазах других людей, он скорее напоминал боязнь упустить что-то важное.
Когда они вышли на улицу, Яра сразу окликнула его, вкладывая в голос как можно больше упрека:
– Стой! В чем дело?
Рейн не знал, но остановился и обернулся к ней.
– Чем тебе не угодил этот милейший человек?
– Что-то здесь не так. – Он старался как можно осторожнее выразить то, что чувствовал: ровно настолько, насколько вообще можно объяснить интуицию. – Просто не приходи сюда одна, пока не будет ясно, в чем дело, и на этом все.
В кармане с глухим жужжанием завибрировал телефон.
– Мне тебя за ручку с базара вывести или ты сам выход найдешь? – в трубке голос Макса звучал с тяжелой одышкой.
– Не пыли. Девчонка твоя попросила помочь.
– Боюсь предположить, чем ты можешь ей помочь, – сквозь чью-то отборную ругань продолжал Макс. – Хочу от нее это услышать.
Рейн протянул ей телефон.
– Да, здесь есть книжный, который он мне посоветовал, – объясняла она, напряженно сдвинув брови и прикрыв левое ухо ладонью, чтобы лучше его слышать. – Нет, он узнал от библиотекаря в Цитадели, – ответила она и снова замолчала. – Стоило, но я даже сейчас тебя отвлекаю, хотя ты сам позвонил. – Она посмеялась. – Хорошо, так и сделаю. Все в порядке.
Яра вернула ему телефон, а себе выражение лица, говорившее, что они не закончили.
– Ты получила то, о чем просила, а мне нужно идти. – С видом небрежной уверенности в себе Рейн пошел вперед.
– Вот как? Мне жаль, что ты заскучал, но, насколько я помню, ты сам все это придумал. – Она шла следом, продолжая злить его. – Нельзя уходить когда вздумается, если тебя так любезно принимают. Это невежливо.
Рейн резко развернулся, останавливая ее рукой.
– Так, слушай. Тебе пора усвоить две вещи. – Два его пальца замерли напротив ее лица. – Во-первых, мне так глубоко наплевать, вежливо или нет, что для этого даже нецензурных слов нет. Во-вторых, если я говорю, что разговор закончен, значит, на этом все.
Перестав наконец чувствовать ее мерцающую магию за спиной, Рейн ускорил шаг, пробираясь сквозь толпу разодетых прохожих, которые наводнили самую широкую улицу базара. Он спешил, сворачивая с одной кривой улицы на другую, оставляя галдеж торговых рядов все дальше за спиной, пока не остановился на пустынном перекрестке, до того крошечном, что козырьки над окнами трактиров почти сходились прямо у него над головой.
Из дверей одного из них рявкнул Полох:
– Ну наконец-то! – Он ненадолго выглянул и помотал головой из стороны в сторону. – Где тебя носит?
– Чаепитие затянулось, – ответил Рейн, наблюдая, как тот стал таращиться на него. – Не спрашивай.
