– И ты ушла от этого?.. От Олега? – спросил Никита.
– Да. В тот же день. Вернулась домой, собралась, дождалась его и сказала, что ухожу. Даже если бы мы с Костей больше ни разу не встретились – все равно, поняла, что больше не смогу.
– И что он?
– Да ничего, – поморщилась Линка. – Пожал плечами и вызвал водителя. Я не хотела ничего брать из вещей, но он настоял. И даже карточку мне оставил. Сказал, что на первое время – пока не устроюсь на работу… или еще как-нибудь.
– «Или еще как-нибудь»! – фыркнула я.
– Послушай, Никита сказал, что ты не работаешь, – не глядя мне в глаза, осторожно начал Костя.
– Ездила сегодня на собеседование, но, наверно, это не то. А что?
– Что ты скажешь, если мы все вместе уедем, вчетвером? За границу? Ну или хотя бы за город куда-нибудь, на пару недель? Выберем пансионат или турбазу?
– Зачем? – я старательно притворялась, что не понимаю, к чему он клонит.
– Попробуешь пожить без
– Я… я не смогу. Я еще не готова. Я…
– Лена!
– Как ты? – спросил Никита, вытирая руки кухонным полотенцем.
– Ужасно, – буркнула я.
– Сильно удивилась?
– Не то слово! – я села, и Никита устроился рядом. – Просто обалдела. Хотя, если подумать, это было вполне логично. Как бы это сказать… Не вызывает этот сюжетный ход внутреннего протеста. Нас всех словно притягивает друг к другу. Мы с тобой, Костя, Линка… Меня даже из того, что она рассказывала, практически ничего не удивило. Хотя я бы на ее месте кое о чем говорить не стала. Даже при том, что Костя все знает. Но, похоже, его нисколько не смущает, что она была содержанкой.
– Еще бы его это смущало. А сам-то он кем был? Наверно, нехорошо так говорить, но… два сапога – пара.
– Мда… Кстати, знаешь, о чем еще я подумала? Она так напирала на свое якобы уродство. Не знаю, я ее взрослой не видела, но даже в школе она не была такой уж прямо уродиной. Ну да, толстая рыжая длинная девчонка. Сначала показалась жутко смешной и нелепой. А потом я просто перестала это замечать. Запомнилось, что она была очень тихой, спокойной, доброжелательной. Хотя и сторонилась всех. И я бы, наверно, с удовольствием с ней общалась, если бы она не была такой дикой.
– Я тебе не говорил. В восьмом классе я ее пригласил на день рождения. Жалко стало – все одна и одна. А ведь она и правда была хорошая. Думал, может, как-нибудь перестанет от всех шарахаться. Знаешь, до сих пор помню, как она на меня тогда посмотрела. Сначала такое удивление, недоверие – как будто подумала, что я над ней издеваюсь, хочу как-то подшутить гадко. А потом такая радость. Даже похорошела вдруг на глазах. Сказала, что придет. И не пришла. Мне бы узнать, почему. Может, случилось что. Или просто в последний момент испугалась. А я рукой махнул – ну, не пришла и не пришла, не на веревке же тащить.
– Какая-то мысль мне в голову пришла, когда она рассказывала. Важное что-то. Но не смогла ухватить. Мелькнуло и пропало. Мучаюсь вот теперь, – я сжала виски ладонями, как будто хотела выдавить потерянную мысль из головы. – Очень важное. Какой-то мимолетный эпизод, сравнение… Нет, не вспомнить.
Я отвернулась и снова зарылась носом в подушку. Никита погладил меня по спине.
– Может, и правда, поедем куда-нибудь? Мы все время будем с тобой. Костя ведь…
– Ты так ничего и не понял? – я подскочила, словно подо мной развернулась пружина. – Кит, для них обоих было спасением встретить друг друга. Любовь – вот их единственный шанс. Они им воспользовались. Но причем здесь я?
– А мне казалось…
