— Ни о чём, — я покачала головой. — Но… даже лучшие силы, против которых нам приходилось сражаться, обладали по-настоящему критическими недостатками. Когда мы напали на Мясника, её умение полагаться на четырнадцать сознаний нисколько не помогло против способностей Душечки. Мы использовали способность Ехидны поглощать мёртвую материю и расти, чтобы загнать её в ловушку на базе Выверта. Купили себе время.
— Мне кажется, фишка Сына в том, что он не обладает критическими недостатками. Мы получили силы, потому что он их отдал. Он ограничил силы, чтобы, если до этого дойдёт, мы не смогли с ним сражаться. Ограничил тебя насекомыми, ограничил мои способности анализировать силы. Он всё это затеял потому, что был уверен, что оно сработает, и он использовал путь к победе, чтобы всё проанализировать. Проверил, как мы будем сражаться, и проложил путь, на котором у него было достаточно мощи, чтобы уничтожить человечество в любом возможном сценарии.
— Значит мы должны создать невозможный сценарий, — сказала я.
— Как?
— Не знаю, — покачала я головой. — Но хотелось бы верить, что Губители не входят в его генеральный план.
— Этого недостаточно, — сказала Сплетница.
— И Котёл тоже.
Она довольно энергично покачала головой. Пряди её светлых волос упали на лицо.
— Они создают столько же проблем, сколько и решают.
Я наблюдала за её движениями, за тем, как тщательно она пыталась поправить волосы, и меня осенило. Тревожный звоночек. В ответ, я шагнула ближе.
— Сплетница, — сказала я, не давая ей снова заговорить. Я взяла её за плечи обеими руками. — Остановись.
Она замерла, словно олень в свете фар.
— Остановись, — снова сказала я и заключила её в объятия.
Пессимизм, смешанный с бравадой. Я не уловила этого вовремя, не поняла подругу по-настоящему. Ей страшно, и она пытается это скрыть.
Она стояла, уткнувшись переносицей мне в плечо, и я снова осознала, насколько она ниже меня.
— Удары, способные преодолеть любую защиту, — пробормотала она. — И нам всё ещё не удалось по-настоящему ему навредить. Невероятно подвижный. Осознаёт всё происходящее вокруг. И он побеждает. Победа — это одна из его суперсил.
— Есть варианты. Всегда есть варианты. Способы обмануть силы, способы поставить подножку. Ему совершенно не понравилось, когда я создала много клонов-обманок. Или когда кто-то создавал дублей. Возможно, это подсказка.
— Возможно, — пробормотала Сплетница. Я чувствовала, как её ногти царапнули ткань моего костюма. — Ебала я всё это. Ненавижу чувствовать себя такой тупой. Столько херни, которую я не знаю и не могу узнать. Вроде этой ебанутой Зиз. Блядь, мне всегда было насрать на всех, кроме меня и моих друзей, а сейчас я волнуюсь о том, что случится со всеми, и не могу ничего сделать!
Я промолчала. Я могла ответить, сказать ей, что всегда есть способ сжульничать. Что с учётом всех сил мира обязаны быть способы сжульничать. Утешение ей не требовались.
Она была мастером блефа, её маска была лучшей среди всех, кого я знала, она вжилась в свою роль лучше, чем кто-либо другой среди Неформалов или Стражей. И вместе со всем этим она стала столпом, источником, к которому все вокруг обращались с вопросами.
Но был ли кто-то, к кому она сама могла обратиться в поисках поддержки?
Через минуту она разорвала объятия и повернулась ко мне спиной до того, как я смогла увидеть её лицо.
— Всё хорошо? — спросила я.
— Тип-топ, — ответила она, не глядя на меня. Она потянулась, затем вытерла глаза. — Макияж испортила. Веки под маской, которые я крашу в чёрный. Вся косметика размазалась о твоё плечо.
— Я всегда предпочитала линзы, — подыграла я. — Защитные очки, если угодно.
— Само собой, но если куча народу в одной команде начинает вставлять в маски линзы, то создаётся впечатление, что это общая тема, а так делают только отстойные команды.
Я немного улыбнулась.
Она подняла голову вверх.
— А ты не говори об этом никому. Если имбецилы узнают, что мы обнимались, они всё поймут не так. У них и так воспалённое воображение.
Она что, с Симург разговаривает?
Она повернулась, и я ощутила секундное замешательство. Похоже, её макияж действительно смазался о мой костюм. Никаких следов потёков, которые были после дождя возле поселения Элиты, никаких следов слёз.
Она заговорщицки улыбнулась.
— Вы с Симург подходите друг другу, — сказала я. — Дурите людям головы!
— Посмотрим. Ну, хватит уже меня опекать.
Я нахмурилась.
— Приходи пообщаться попозже, если более важных дел не будет. Хотя они наверняка найдутся. Со мной будет всё нормально, что-то я для себя прояснила. Теперь мне есть, в какую сторону копать. Плюс, нужно снова заняться делами Дракона. Нужно разгребать просто океаны дерьма.
Я кивнула.
— Иди, — сказала она.
Я ушла. Это место засасывало. Если я не уйду сейчас, то могу не уйти никогда.
Интроверт отправился искать общения с людьми, а экстраверт остался в молчаливой компании Губителя.
«Я скоро вернусь», — подумала я.
* * *
— Я хочу её погладить!
— Моя очередь!
Я ощутила их при помощи насекомых ещё до того, как подошла. Стайка детей, взрослая женщина, загон, небольшое пушистое животное.
