Лейла напряглась. Кажется, второе дело евнуха не касается соблюдения каких-то традиций.
— Я слушаю вас, Карим-мирза.
— Вы помните тот неприятный случай с бывшей управительницей гарема?
Лейла сразу заметила, что он больше не называет ее почтительно Айшой-ханум.
— Разве такое забудешь, Карим-мирза? Я думаю, весь город с удовольствием говорит об этом, и еще не скоро мне позволят об этом не думать.
— Айша предстала перед кади, который приговорил ее к изгнанию. Это традиционное наказание тем, кто напрасно останавливает свадебный обряд. Говорят, что из-за таких пустых слов разрушилось немало браков. Вы сами сказали — люди болтают, а сплетни могут сильно испортить жизнь даже честным людям. Чтобы не позволять людям обвинять новобрачных напрасно, наши правители приняли суровый закон. Она заслужила это наказание.
— Да, но… почему вы говорите это мне?
— Потому что она попросила меня прийти к ней после суда и передала вам сообщение. Айша умоляла меня ради долгих лет своей безупречной службы, и я пообещал пересказать вам несколько слов, если они никак не оскорбят или не обидят вас. Я был уверен, что она хотела попросить у вас прощения или даже ходатайства за нее.
— А она попросила передать что-то другое?
— Да, моя ханум. Всего несколько слов, и я вам их передаю. Я не очень их понял, но надеюсь, вам они скажут больше. Вот что просила меня передать Айша: роза увяла, едва распустившись, а жасмин цвел много лет. Он не дал прорасти ни одному сорняку, и только лунный свет изгнал жасмин из сада. Но лунный свет обманчив, и жасмин зацветет вновь.
— Я ничего не понимаю, — пробормотала Лейла.
Если и есть в этих словах тайный смысл, то его значение ей было неведомо. Жасмин, цветущий много лет, — может, это сама Айша-ханум? Она охраняла гарем, управляла его делами. Если это так, то лунный цвет — наверное, ее кольцо, из-за которого она потеряла лицо и наговорила такого, что ее изгнали. Последние слова — надежда вернуться. Но при чем тут тогда роза? И как Айша собирается вернуться, ведь решение кади нельзя оспорить? Лейла не стала говорить о своих догадках Кариму, иначе пришлось бы объяснять историю кольца. Да, в этих словах Айши скрывалась угроза, но, надежно укрытая стенами дворца, она чувствовала себя в безопасности. По крайней мере, пока не минули те несколько месяцев, предсказанных книгой.
— Что ж, Лейла-ханум, возможно, это просто последняя попытка отчаявшейся безумной женщины огорчить вас. Забудьте о ней, моя ханум, ее уже нет в городе.
— А где она?
— Стражники увезли ее далеко в пустыню Хармат. Там есть город изгнанников, с единственным в пустыне источником воды. В городе нет верблюдов и лошадей, а пешком человек не сможет добраться через пустыню. Жители добывают там медь, и мы покупаем ее у них. Но они не имеют права покидать город. Айша будет жить там. Даже если она сбежит, пустыня убьет ее раньше, чем она доберется до Саранда. А если произойдет чудо, ее остановят стражники на воротах города.
— Мне делается грустно, когда я думаю о ней. Я не понимаю, чем могла вызвать ее возмущение.
— Не будем больше говорить об этой недостойной. Наш список дел еще не окончен.
— Как? Есть еще что-то? — удивилась Лейла.
— Да, госпожа. У нас больше нет управительницы, а мне тяжело выполнять все ее функции. Я занимаюсь всем дворцом и боюсь, что могу что-то упустить на женской половине, и мои госпожи будут недовольны.
— Но как я могу помочь?
— Обычно старшая жена отдает распоряжения. Но госпожа Мариям нездорова, как и Дария-ханум. А Любна-ханум так горюет, что ей будет все равно, даже если дворец рухнет. Вы должны взять управление женской половиной на себя.
— Я? Но я ведь ничего не умею! Я могу вышить вам шелковый платок или даже целую дюжину за день, но я никогда не жила в таком большом доме. Я не знаю, как устроены гаремы, и что нужно делать.
— Вам придется научиться, Лейла-ханум. Я сообщаю об этом сейчас, потому что вы можете спросить совета у Мариям-ханум, когда сегодня будете у нее. Она из богатой знатной семьи и хорошо знает, как устроена жизнь во дворце. Она может помочь вам советом. Вы можете поговорить и с другими ханум тоже. Я боюсь, что без строгой хозяйки дела могут разладиться, служанки не будут достаточно прилежны, а покои придут в запустение.
— Вы взваливаете на меня непосильную ношу, Карим-мирза, но я не могу отказать вам. Я буду делать все, что в моих силах, но надеюсь на вашу помощь.
— Да, Лейла-ханум, вы можете обращаться ко мне в любое время дня и ночи.
— Но что если я тоже… заболею… как Мариям-ханум… Или со мной что-то случится?
— Лейла-ханум, не стоит верить всем сплетницам страны. С вами все будет хорошо. А теперь я оставлю вас, чтобы вы могли навестить Мариям-ханум. Мы увидимся с вами после, чтобы обсудить ваши обязанности хозяйки дома.
