На территории, подведомственной ваминке Кадму, завершилась крайне важная стройка. В центре южных Анд, на искусственном плато, возвели новый, соответствующий духу времени, Храм Геракла и Афродиты. Возвели взамен старого, весьма своевременно. Кадм получил поздравление Консулата. Награда высокая, редкая. Еще бы, - пропорции теперь соблюдены, количество и качество храмов в "епархии" соответствует количеству жителей.
Событие послужило на благо Группе Противодействия. Стало возможным использовать здание старого храма, покинутое служителями. Гилл созвал большой сбор, пригласив руководителей всех филиалов Группы.
- Храмы пока вне подозрений. И Виракоча, и Сиам считают, что они не только не мешают, но способствуют продвижению Договора. Подозреваю, что индивидуальные контракты заключаются именно в них. Денек можем поработать открыто.
- Начальнику, конечно, виднее, - сказал Эномай, - Но мы здесь как на ладони. Сверху нас наблюдают одновременно десяток спутников.
- Пока они разберутся, что за люди собрались у старого ненужного здания, мы успеем разъехаться. Не до нас сегодня...
Гилл после прилета как следует не освоился и теперь оглядел местность кругом внимательней. До края большой воды не более ста метров. О реке он знал только, что она самая сильная на планете, и в ней водится множество живых крокодилов. За рекой господствовали непроницаемые джунгли. Остальные три стороны света очищены от буйной зелени до полугоризонта. Восток свободного пространства застроен деревянными строениями рационального в прошлом архитектурного типа "барак", жилыми и обслуживающими храм. На севере - посадочная площадка, запад отдан зоне отдыха, - тут поработали биомимы, вырастили цветочный развлекательный комплекс.
Воздух чрезмерно влажный, перенасыщен ароматом близких джунглей. Защита минимизирована, кругом звон москитов и прочих вредных насекомых. Оставалось надеяться, что крокодилы еще не забыли, что берег для них запретен. В светло-голубом небе парили птицы, отовсюду неслись крики обезьян.
Местечко неплохое для редкого, первобытного человека. Шатун тут не выживет. Одна из зон предстоящего рая?
Храм из тех, что возводились на заре установления последнего культа. На каменном фундаменте - деревянный сруб, сложенный из громадных черных бревен, скрепленный лет десять назад внешним каркасом легкого светлого металла. По древней, отвергнутой и забытой традиции, храм увенчан по центру серебристым куполом. Ограждение отсутствует. Парадный вход со стороны реки украшен резьбой. Растительный орнамент... Узоры по створкам дверей и бревнам. По обе стороны входа - деревянные барельефы Геракла и Афродиты, раскрашенные масляной краской.
В целом очень просто, почти примитивно. Но здание излучает теплоту, притягивает к себе, создает легкость в настроении. Оригинальное и приятное впечатление.
- Нравится? - спросил Эномай.
Центурион слегка запыхался, лицо сияет довольством. Заботы по обеспечению безопасности большого сбора Группы Противодействия явно не тяготили его.
- Пора внутрь, командир. Порядок дня утвержден, работаем в три этапа. Вначале ты даешь исходную информацию, ставишь проблему. Затем ядро Группы уединяется в отдельной комнате, а народ думает. Где хочет: в храме, в комплексе отдыха, хоть в реке, все предусмотрено. Под занавес собираемся, обмениваемся мыслями, если будут, и принимаем концепцию. Пойдет?
Гилл не стал говорить, что разочаровался в идее. Ничего не даст большой сбор, кроме брожения в умах. Напоминает учредительный съезд оппозиционной партии революционных времен.
Интерьер храма также впечатлял простотой. Бревна обшиты досками, и почему-то по горизонтали. В итоге купол как бы нависает над головами, а главное помещение делается удлиненным. Как те постройки исторического типа "барак". По доскам ветвится сюжетная резьба, раскрывающая историю храма и континента. Имен выдающихся граждан не наблюдается, традиция увековечивания установилась вместе с открытием голографической оболочки экстерьеров-интерьеров.
Эномай провел Гилла на алтарное возвышение и, обратившись лицом ко входу напротив, сказал:
- Народ разместится здесь.
Здесь, - это ряды стульев, расставленных амфитеатром. Плюс нависающие балконы. Интерьер напомнил Гиллу древние театры, предназначенные для коллективного просмотра спектаклей, кинофильмов и прочих тогдашних реконструкций. В них же отмечали торжественные события. Место, на котором они стояли, называлось сценой. По обе стороны сцены, за мраморными статуями обнаженных Геракла и Афродиты, двери в служебные помещения.
- Световоды и оконечные датчики Хромотрона не демонтированы, - сказал Эномай, - Связь есть. Пока народ собирается, включим экраны. На планете ведь праздник из праздников. Моя Центурия вся на обеспечении...
По мановению Эномая экраны вспыхнули разом. Может быть, их было не столь много, и не так они были громадны, и не очень уж трехмерны, как показалось Гиллу. Но своим шумом и сиянием они немедленно поглотили тихий свет и уютное спокойствие храма-театра. Овеществленный фантом голограммы легко устранил ненавязчивую действительность.
