Чутье не обмануло, - лабиринт становился опасным, можно и на самом деле не вернуться, если он действительно походит на легендарные египетские или греческие. Лишенные связи, мы и помощи не можем попросить. Не только угроза жизни или здоровью пугала меня: происшествие в рамках программы подготовки к реконструкции явилось бы основанием для отмены эксперимента, требующего достаточно заметного всплеска в потреблении энергии. Получилось бы так, что именно я стала причиной крушения столь важного для Гилла замысла. Пожалуй, в этом случае меня не простила бы и Светлана. Опять Гилл прав - столкновение общественных и личных интересов неизбежно в любом социуме, даже столь развитом, как современный, интегрированный во всех мыслимых направлениях. Для моих "девочек", как стала их называть и Светлана, предпочтительнее было бы вернуться назад и повторить попытку через день-два, после основательной разведки и подготовки. Но их сомнения, как и мои колебания, развеяла Светлана: в ее руках оказался довольно солидный моток красных ниток, которые снимали проблему дезориентации. Хитроумная дочь у меня растет, с сюрпризами.
- Откуда он у тебя, ведь ничего такого не было с нами? - спросила Риона, моя ассистентка и коллега по этнографии Среднеземья.
Сделали мы когда-то неплохую работу, вышли на разгадку могущества первого Птолемея. Дело было в магической вещице, унаследованной им от Александра Македонского. Я всех уверила: проведут нас по кругу почета. А обошлось тем, что приехал консул, пожал нам лапки, похвалил и укатил обратно, тут же позабыв обо всех Птолемеях вместе. Риона тогда расстроилась больше других, рыдала сутки, не меньше.
- От Ариадны, - кратко объяснила Светлана, и требовательно добавила, - Чего же мы ждем? Надо идти, куда глазки глядят. А ножки сами выведут куда надо.
Оказалось, Светлана закрепила начало клубка за камень у входа, и красная нить повторяла весь пройденный путь.
Я не понимала, откуда у дочери взялись спасительные нитки. И как никто не заметил? Ведь наверняка какой-нибудь поворот прошли неоднократно! В том, что до прилета сюда у нее их не было - я знала точно. Ариадна? Ариадна - фантом, голографический призрак. Какой плотности не добивайся, он не настолько вещественен, чтобы иметь в призрачных карманах полноценные приспособления для прохождения не только лабиринта, а даже прямой улицы Коско. Но пусть со Светланой побеседует Гилл, она ему скорее откроется. А сейчас на это и времени нет.
- Ну что ж, доверимся глазкам да ножкам, - вздохнула я, - "Авось!", - как говаривали предки.
А что оставалось? Предельная дальность блужданий, во всяком случае, определилась, - она зависела от размеров клубка в руках Светланы, который она отказалась доверить кому бы то ни было.
А нить в клубке, - я успела заметить, - настоящая шерстяная, редкая на сегодняшний день. От кого я слышала? - мать Гилла своими руками вышила обеденную скатерть из таких ниток. Белую, с цветными узорами... Гилл не показал скатерть, а я вчера не вспомнила.
У Гилла странные родители... Мать выбрала скромное имя жизни, - Мария. А могла подобрать более звучное, ведь к году инициации заслужила первый приз за какую-то работу в бионике. Важное открытие то ли в выращивании морских жилищ, то ли... Нет, не вспомнить! А его отец, Александр, прославился рядом с Серколом, был его первым помощником. Погиб на испытаниях звездолетов. Но это означает, что великий гражданин Серкол, - близкий Гиллу человек? Может, самый близкий! Как же раньше-то до меня не дошло? Сколько проблем можно было решить совсем по-другому, проще, быстрее... Что я за дура такая, дети растут умнее и практичнее матери.
"Проще, быстрее?"
Я вдруг посмотрела на себя глазами Гилла: близкая женщина, которой вовсе не интересна его жизнь, его прошлое, его отношение к другим людям, его проблемы... "...Бабочки, не могущие жить без восхищенных посторонних глаз поблизости..." Ведь это я о себе! А он еще рисковал жизнью, спасая ее ветреную красу от растерзания в пасти дикого зверя...
Нет, не имеет она права выйти отсюда без результата. Надо бы хоть приблизительный план лабиринта составить. В памяти каждой. А затем соединить.
Предложение приняли, но без восторга.
Сеть подземных ходов, даже на первый взгляд, получалась неимоверная - создатели подземелья или хотели что-то скрыть от посторонних, или имели солидные средства и время для воплощения в реальность сумасшедшего проекта. Макета, как выразилась Светлана. Браслеты не работали, и точные координаты установить не было никакой возможности. Чувства ориентации организма отказали тоже: несмотря на то, что ни разу не пересекли тянущуюся за ними нить, нам казалось, что ходим то и дело по знакомым уже местам. Эхо шагов и голосов гуляло туда-сюда, многократно усиливая впечатление напрасности новых попыток.
- Что мы должны найти? - наконец не выдержала Зухра, не проявлявшая слабости даже во время многомесячного сидения вместе со мной на орбитальной базе в дни подготовки Пятой Звездной, - Лисса, ты уверена, что все это кому-то надо?
