- Не мы. Кто-то иной. Узнаешь. Ибо до предыстории тоже была и есть своя археистория. Теперь еще, важное для понимания предназначения. Вы возвели в культ тело и чистый разум. Но разве это все, из чего состоит человек? Император обязан знать. Возможно, тебе не удастся поправить положение в незнакомом тебе мире. Но попытка не будет напрасной. Она отзовется там, откуда ты пришел. В этом отзвуке-эхе, может быть, и заключено высшее предназначение...
Идет разговор, продолжается неосязаемое движение с неизвестными скоростями-ускорениями. Нет ни звезд, ни пустоты. Вселенная воплотилась в Голос-Тень.
- Нам с тобой разрешен один путь. Разрешенное - предназначенное. Предназначенное - необходимое. Необходимый путь - исключающий иные пути. Нас ждут Плеяды. Звезды помогут отделить зерна от плевел, тьму от света, мужское от женского. Наблюдай за небом, смотри в себя.
Голос уже не советовал, не предлагал, не иронизировал или смеялся. Он предписывал. А Илларион вспоминал: Плеяды - семь дочерей Атланта, превращенные Зевсом в созвездие. Атлант - титан, держащий на плечах небо. Всё. Космос сам по себе никогда не был в сфере его приоритетов. Строить звездные корабли и летать к звездам, - совсем не одно и то же.
Атлант ушел на отдых, небо обрушилось и крутнулось вокруг немыслимой оси, и Илларион потерял ориентацию (которой и до того практически не было), как вне, так и внутри себя. Всплывшие из ниоткуда звезды смешались в кучу, и кроме этого блистающего цветными сполохами скопления огня, в мире ничего не осталось. Бесконечность, как и обещал Голос, обратилась во мгновение, и появилась скорость, которая действовала сама по себе. Как улыбка чеширского кота.
Вот они, Плеяды! Илларион уже знал их. Только звезд не семь. Стянутых в прозрачный голубой мешок, их много больше ста. Пробудилась память: это же молодое звездное скопление, отстоящее от Солнца не меньше, чем на сотню парсек. Отсюда они видны по-иному... Но некоторые узнаваемы. Вот эта, яркая, - Альциона из созвездия Тельца. Рядышком, - Электра, Плейона, Атлас, Тайгета... Тайгета, - красивое, лесное, доброе имя. Атлас, - глаз Атланта? Вокруг них, должно быть, красивые планеты, наполненные жизнью и разумом. Нет, откуда, ведь звезды очень молодые. Он протянул луч зрения, и тот сам по себе "привязался" к одной красивой звездочке. Илларион знал ее земное имя - Майя. "Хорошо хоть не самая крайняя и не самая маленькая, - успокоил он себя, - И очень даже симпатичная. Вперед!".
По лучу его зрения они с Голосом приблизились к Майе, выжидающе плывущей в окружении семи планет-спутниц. Тень стала невидимой, Голос молчал. Пришлось самому выбирать планету для посадки. Третью от светила, напоминающую родную Землю. Снижение прошло без помех, и переполненный впечатлениями мозг Иллариона отключился.
Третья планета проявила гостеприимство и позволила отдохнуть от дороги. Потом разрешила очнуться и подумать: "Неужели я на Земле и весь этот кошмар просто приснился?" Перед глазами стоял легкий туманный флер, видимый, но неосязаемый. Пахло близкой водой, свежей травой и чем-то еще привычно-знакомым. Через секунду он вспомнил - это же запах пота, такой обычный в часы занятий спортом. Значит, все-таки Земля, и он отдыхает после тренировки. Кто-то справа, где за флером тумана угадывался холм, предупреждающе кашлянул.
Илларион приподнялся на локтях и охнул. Растекшийся тонким слоем голубой туман прикрывал только траву. Всего в пяти шагах, на цветочном лугу, стоял конь. Но какой конь: вместо головы с гривой, - человеческий, мужской торс! "Нет, ничего не сон! Голос был! И Майя была! И дикие разговоры были! Теперь вот еще и кентавр! Да, дело за императорским троном".
Кентавр подождал, пока Илларион поднимется, и упал на передние ноги. Человеческий торс склонил кудрявую черную голову почти до травы, и она заговорила, не размыкая толстых синеватых губ:
- Господин! Я твой слуга, приказывай.
- Я твой господин? - заинтересовался Илларион; стать королем кентавров весьма, конечно, оригинально; но они же в разных весовых и прочих категориях! - Это почему?
Диалог велся на двух уровнях: кентавр телепатировал, Илларион говорил на основном земном наречии.
- Кровь Алкида течет в тебе. Ты из мира, который мы освоили и покинули его волей. А он - по предначертанию.
Мозг Иллариона вне его воли лихорадочно перебирал истоки дня нынешнего и варианты поведения. "Колька, Колька, Колька" - вдруг зазвучало в голове. И звучало до тех пор, пока озарением не вспыхнула цитата: "Склад, особенно круглый в плане высокий кукурузный амбар, превращенный в настолько значительный объект, что занял место в астрономии. Словом "Колька" индейцы кечуа до сих пор именуют Плеяды и кольцеобразную группу звезд в хвосте Скорпиона точно на противоположной стороне небесной сферы. В Андах Плеяды занимали важнейшее после Солнца и Луны место в иерархии небесных светил".
