Кто-то меня изнутри расчертил на неравные ромбики-квадратики и разделил-разрезал... В какой кусочек не ступи, - до крови рана, ощущение неполноценности и вины. А где вина, там и раздражение, там стремление найти виновника вины. Понимаю, что так нельзя, но по-другому как? Из ромбика в квадратик, прыг-прыг, - что за жизнь? А ромбики-квадратики - люди: Гилл, Адраст, Илларион, Светлана и я сама... Соединить всех вместе стало уж совсем невозможно. Распалась-сломалась душа-игрушка. Не только потому, что двое пропали в иных пространствах-временах. И оставшихся-то не объединить... Гилл, как всегда, невозмутим. Как меня раздражает его заоблачный юмор! Над чем смеяться, когда всё не так! Словно он знает, каков выход из моего внутреннего лабиринта, но не желает открыть пути. И мечтает только, чтоб злая Элисса помучилась в одиночестве. Что ж, он имеет право даже на месть. Гилл ведет себя так, будто ему известно все. Все, что было, есть и будет... Тоже мне гений! Но Гилл - величайший гражданин мира. Его почитают выше Теламона. К нему тянутся и юный принц Юпанки, и очень древний, странный, просто непонятный король с диким именем Вайна-Капак. Этот король сделал свое дело в прошлых веках, но пришел без разрешения в мою жизнь и начал появляться в снах. Умершие должны ли возвращаться? Разве тут лазейка через Барьер-100?! Какое-то всепланетное умопомешательство!
А тут еще эта пещера! Почему Гилл считает, что в пещерном лабиринте можно найти нужные ему ответы? Через лабиринт не найти дороги к Иллариону, тут нет сомнений. Считает, но сам не побывал там ни разу. А меня тянет туда, словно я согласна с ним. Как бы не так! Светлана после цыганских слов морской королевы перестала беспокоиться об Илларионе, и уверена, что он скоро вернется. Видимо, она вся в меня, - меняет и умножает привязанности, как петух в курятнике. Мать сменила на отца, а последние дни испытывает непонятную симпатию к ожившей руине, королю инков. Мумия вернулась в мир и стала дороже живых людей! Я видела его несколько раз, и обменялась всего парой-другой пустячных фраз. Но его слова! Такое ощущение, что он помнит о моем прошлом то, чего знать никак не может. Не должен знать. И глаза! - словно повторение моих. Такие были у Иллариона. В зеркало глядеть стало страшно.
Я все-таки уверена - каким-то неизвестным способом король Вайна-Капак связан с Лабиринтом. Лабиринт тоже только кажется мертвым. Как казалась мумия... Совсем не обязательно, что Илларион и Юпанки совершили прямую замену во времени. То есть занимают равнозначные координаты в пространстве. Если это так, Книга в лабиринте может что-то прояснить. Может... Но Книга - страшная вещь, она способна вывернуть любые мозги. И потом, Книга больше ставит вопросов, чем дает ответов.
Догадки, догадки... Ну зачем мне мучиться всем этим?
Юный принц мудр не по годам. Гилл нащупал в инках нечто чрезвычайное! И очаровал ими всю планету. Юпанки начал свою жизнь у нас с изучения истории своей империи - это понятно. И теперь каждый ребенок знает ее не хуже него! Я поинтересовалась у Хромотрона: Консулат поголовно погрузился в этнографию империи инков! Такой страсти к обучению на верхах со дня Великого потопа не бывало. Сиам даже создал личный закрытый архив данных! Полная открытость жизни, - что в этом плохого? Я не уродка, мне есть что показать, не стыдно. Но вот поняла, - у меня тоже внутри имеется собственный закрытый архив. А если так у всех людей? Получается, что мы годами и столетиями обманываем сами себя...
Принц загадочен не менее короля, которого не признал своим предком. Но разок он-таки назвал его Инкарри! "Инка-реем", то есть Инкой-королем. Принц больше говорит на кечуа, нежели на своем закрытом наречии или языке землян. Понимает его как следует один Гилл.
- Мы, Инки, знали, что созданная нами империя не будет долговечной. Выполнит она свою задачу или не выполнит, - все равно уйдет. Приговор был оглашен, мы его знали. Теперь я понимаю - задача не была выполнена. Но - напрасно ли все было?
О какой задаче обмолвился Юпанки? Король тогда посмотрел на него долгим, изучающим взглядом. И промолчал. Он больше молчит, но глаза его! Но я не знаю языка глаз, никто не Земле его не знает. Если и этого не знаем, то как можно рассчитывать на преодоление Барьера? Принц уходит от ответа, как хитренькая девочка. Как она сама, самоуважаемая Элисса.
- Кто есть Инки? - спросила я, - Откуда и зачем пришли? Какова их истинная роль?
- А разве не каждому хочется знать, зачем он живет? Узнать, прольется ли хоть капелька его крови в Вечность? Ведь проверка закона реинкарнаций принципиально невозможна.
Так сказал вице-консул Кадм. Разве так отвечают женщине? Заразился Гиллом, чувствуется.
Нет, не каждому хочется знать! Мне это точно известно! Людям Земли хочется знать совсем другое... Гилл как-то усмехнулся и заметил:
- Любая Реконструкция страдает неполнотой. И порождает неучтенные следствия. Ты стала первой дамой года на планете. Кто такое мог предположить?
