В том месте, где черное небо сливалось с таким же черным морем, – оттуда в нашу сторону двигалась бесформенная копошащаяся масса, при виде которой внутри у меня все обмерло.
Это был тот самый водяной смерч, и он полз к нам, похожий на огромный и неотвратимый смертельный вал!
Где-то сбоку снова закричали:
– Берег уже рядом! Впереди скалы!
И тут же раздался голос Рейна:
– Поворачиваем! Всем приготовиться!
Драккар дернулся, но уже в следующую секунду раздался страшный хруст, и корабль повело в сторону. Рейн снова что-то закричал, но его голос потерялся в завывании бури.
– Руль! – завопил Торгейл, и я его почему-то услышала вполне отчетливо. – Мы потеряли руль!
Тут неуправляемый драккар развернуло так, что мы оказались боком к волне, и нас тряхнуло настолько сильно, что я, не выдержав, завыла от ужаса.
– Резать снасти! Сбросить якорь! – скомандовал Рейн, но оказалось слишком поздно.
Драккар потерял управление, и мы, беззащитные, остались в руках стихии, которая несла нас в сторону смерча. И уже скоро он оказался совсем рядом, и удара было не избежать.
Тогда-то я истратила на нашу защиту все остатки своего резерва – вложилась так, что уже до конца. Полыхнуло знатно – мой Огонь против разбушевавшейся водной стихии, – но это спасло нас от первого вихревого удара, и мы словно по маслу вошли внутрь смерча.
…Внезапно все замерло. Звуки пропали. Волны тоже исчезли, причем вместе с завыванием ветра.
Установилась тишина – неестественная, неправильная.
Но именно в ней я с полной отчетливостью узрела то, о чем говорила русалка. Глаз Богов – спокойное, светлое око в центре урагана, которое, казалось, глядело на меня прямиком с небес.
Внутрь меня – туда, где спала Искра.
В эту самую секунду – в момент наивысшей моей концентрации – я внезапно осознала заключенную во мне бесконечную мощь дара из Аль-Убари. И еще то, как сильно я любила человека, который застыл неподалеку от меня.
Любила так, как никого другого на этом свете.
Ну что же, пришло время его спасать, потому что наш драккар подходил к другому краю смерча.
Я вскинула руки, позволяя магии Искры политься наружу, и на этот раз она послушалась меня беспрекословно. Окутала корабль мягким золотистым светом, и уже через секунду драккар оказался окружен защитным коконом.
Именно он, этот кокон, первым коснулся стены смерча, но выстоял, выдержав безумный удар стихии. Затем корабль выбросило наружу, а смерч пошел себе дальше.
Несколько секунд мы качались над волнами, удерживаемые магией Искры. Наконец, мои силы закончились, и… нам всем пришлось вернуться в реальность, которая встретила нас вовсе не с распростертыми руками.
Почти сразу же нас настиг сильнейший удар.
Что-то треснуло под ногами. Драккар вздрогнул всем корпусом; рядом кто-то закричал, что мы налетели на камень. Корабль дернулся в очередной раз и застонал словно раненое животное.
Мачта с грохотом переломилась и обрушилась на палубу. Люди завопили, но тут пришла огромная волна, которая… смыла за борт многих.
И меня в том числе – сбила с ног и уволокла за собой.
…Холод, мрак, глухой шум и давление в ушах. Я пыталась понять, где верх, где низ. Открыла рот, и соленая вода тотчас же залилась в горло.
Где-то вдалеке или же внутри меня я услышала голос Райни. Моя драконица звала, спрашивала, где я сейчас, но у меня не получалось ей ответить.
Тогда-то я обратилась к Искре, но… тут меня внезапно дернуло в сторону.
Рывок – оказалось, это Рейн нырнул следом за мной. Нашел меня, вцепился в мою одежду и тянул на поверхность так долго, пока я наконец-таки не смогла сделать вздох.
Я очнулась на берегу, когда уже рассвело. Вокруг меня была серая влажная галька, а еще возмущенно кричали чайки.
С трудом сделала вздох, с таким же трудом подумав, что замерзла до ужаса. Нет, не так – я буквально закоченела…
Но все мои беды улетучились в то же самое мгновение, когда я поняла, что лежу на… Рейне. Его рука прижимала меня к себе, но он сам подо мной был холодным и неподвижным.
– Нет! – прошептала я в полнейшем ужасе. Дотронулась до его лица, затем села и принялась его тормошить. – Только не смей умирать, Рейн Бергссон! Слышишь?! Даже и не думай!
Я уже собиралась призвать Искру, как вдруг Рейн закашлял, а потом медленно открыл глаза. Уставился на меня и улыбнулся:
– Ты такая красивая, – охрипшим голосом пробормотал он. – Ты выйдешь за меня замуж?
И я рассмеялась – от счастья и бесконечного облегчения.
– Возможно, сейчас ты бредишь и видишь перед собой кого-то другого, но я все равно тебе отвечу!.. Да, я выйду за тебя замуж, потому что люблю тебя сильнее всех на этом самом свете!
Вот то, что я ему сказала.
А потом я его поцеловала – так как очнулась первой и мне было удобнее до него дотянуться.
Шторм к этому времени стих.
Берег усеивала темная галька вперемешку с выброшенными из моря водорослями, клочьями веревок и обломками древесины – подозреваю, с нашего драккара.
Тот тоже был неподалеку. Лежал на боку с поломанной мачтой и перекрученными снастями, похожий на выкинутого на берег огромного кита.
