Олег Иванович покрутил вещицу перед глазами. Внутри что-то брякало и стучало. Он вцепился в крышку пальцами, как клещами, слегка пошевелил и подергал ее на себя. Плотно подогнанная крышка подавалась неохотно, но он все-таки справился с ней. Внутри коробочки обнаружилась флешка с перламутровыми боками. Профессор припомнил, что вроде бы эту флешку давным-давно отдал ему какой-то сталкер, но что было на ней записано, он, хоть убей, вспомнить не мог. Это еще сильнее подогрело его любопытство.
Шаров подошел к столу, включил ноутбук и вставил флешку в гнездо. Ноутбук мелодично пробулькал. На экране появился светлый прямоугольник со стилизованным изображением кинопроектора и надписью: «Запустить изображение?» Профессор заскользил пальцем по сенсорной площадке тачпада и дважды легонько постучал по ней, когда стрелка указателя оказалась на подсвеченной белым иконке «Да».
Экран мигнул и погас, а потом пошла запись с установленной в незнакомом профессору кабинете камеры видеонаблюдения. Судя по цифрам в нижнем правом углу экрана, она была сделана десятого июня две тысячи шестого в час пополудни. Молодой человек стоял лицом к объективу и как будто смотрел в глаза Олегу Ивановичу. Профессор видел этого парня впервые, но что-то неуловимо знакомое было в его лице. Как будто он уже встречался с ним когда-то давно. Возможно, в том же далеком две тысячи шестом, когда он, тогда еще молодой специалист, работал вместе с другими учеными над одним из засекреченных проектов.
Несколько секунд на экране ничего интересного не происходило, но вот позади человека появилось крохотное облачко. Профессор подался к экрану. Он буквально прилип к нему взглядом и боялся лишний раз моргнуть, так заинтересовала его эта запись. А там действительно было на что посмотреть. Облако довольно быстро увеличилось в размерах, и оказалось, что это ведущий в другое помещение проход. Парень в кадре вошел в портал, как в открытую дверь, и вскоре запись опять стала скучным набором одинаковых кадров, а потом и вовсе сменилась серой рябью помех.
Олег Иванович перемотал запись, снова просмотрел ее в нормальном режиме, вернулся к началу и запустил замедленное воспроизведение. Дождался, когда портал в кадре полностью откроется, поставил запись на паузу и внимательно вгляделся в изображение.
Он сразу понял, что так насторожило его при первых двух просмотрах. По ту сторону портала виднелись фрагмент стены с электронными часами-календарем, часть занавешенного вертикальными жалюзи окна и половина клетки Фарадея в виде яйца, а сбоку от нее сверкающие, как ледяные шапки гор, зеркальные столбы. На момент стоп-кадра время на часах в открытом портале сменилось датой. Профессор отчетливо видел красные цифры 24-05-2029 – вопиющее несовпадение с датой записи.
Разница в двадцать с лишним лет означала, что кроме него еще кто-то раскрыл секрет путешествий в четвертом измерении, и этот кто-то, видимо, тоже принимал участие в проекте «Зеркало времени». Профессор видел в портале лишь часть аппарата, но и того, что он разглядел в кадре, хватало за глаза. Определенное сходство этой машины времени с темпоральной установкой, от которой брал начало и его трансмиттер, было налицо.
Эксперимент, финальная часть которого попала на запись, прошел больше месяца назад. Это вселило в профессора уверенность, что не все потеряно. Уничтожение Богомоловым трансмиттера не приговор, а всего лишь досадный эпизод в их пока не законченном поединке. У него есть шанс закончить то, что он так неосмотрительно начал, ослепленный гордыней и желанием доказать Лекарю, как сильно тот ошибался на его счет. Он может и должен исправить непростительную ошибку! Осталось узнать, что за ученый провел этот эксперимент и где его искать?
Профессор нашел ответы на оба вопроса и сделал это за считаные минуты. Подсказки крылись все в том же стоп-кадре. Раз за разом внимательно разглядывая статичную картинку, Олег Иванович заметил сквозь приоткрытые жалюзи не только подсвеченный рекламными огнями крохотный шпиль Останкинской башни, но и оконное отражение зеркала, в котором виднелся мужской силуэт.
Он скопировал кадр, вставил его в предварительно открытую программу обработки изображения и увеличил по максимуму. Отражение в отражении сильно теряло в четкости, и все же профессор, хоть и с большим трудом, узнал давнего знакомого Владимира Воронцова. Они были ровесниками, когда познакомились, но за прошедшие годы Воронцов очень постарел и теперь выглядел лет на десять старше Олега Ивановича.
Неприятный воющий звук застал профессора врасплох. Он даже подскочил на стуле, когда в коридоре надрывно завыли сирены системы оповещения. Случилось то, чего он ожидал с минуты на минуту, но все равно это произошло внезапно и как-то быстро, что ли.
