— Я здесь в командировке, по делам. Ты где живешь? В этом отеле?
— Пока нигде. Еще не определился. Вообще-то я… э-э-э… я обычно живу в гостях у местных жителей, потому что путешествую без денег, автостопом.
— Ух ты, прикольно. Если хочешь, пойдем со мной.
Она дала ключ от комнаты в гестхаусе, где жила сама, в соседней комнате:
— Сегодня ты будешь спать здесь. Я через пять минут приду, пойдем ужинать.
Я перетряхнул свои шмотки, сменил одежду на чистую и сухую, и сел за стол, чтобы сделать несколько записей в блокноте. Стремительно меняющиеся люди и места нужно фиксировать хотя бы короткими записями, чтобы потом было о чем вспомнить. А то вот вернусь в Россию, друзья спросят, что было в Лаосе, а я не найду ничего в ответ, кроме «ну, ниче, нормально».
Через несколько минут в дверь постучали. Открыл. Кхам сказала:
— Ну что, пойдем на ужин?
Я быстро сгонял в душевую комнату, вымыл голову и член, и вышел.
Пришли в тайский ресторан. Самый лучший в городе. И самый дорогой. Я почувствовал себя дорогой блядью, и мне стало весело.
Легендарный тайский суп «том-ям» здесь был даже более вкусный, чем те, что я ел до и после этого случая в самом Таиланде. Пока мы кушали суп и пили пиво («Бир Лао», на вкус как «Хайнекен»), меня не покидало ощущение, что мы занимаемся сексом. Когда я в очередной раз перевел взгляд с креветок в тарелке на нее, Кхам засмеялась, взяла меня за подбородок и отвернула в сторону со словами:
— Не смотри на меня так! Это неприлично!
Когда мы вышли на улицу, я сказал:
— У меня есть гениальная идея. Давай пойдем ко мне. Я тебе кое-что покажу.
Она на несколько секунд замолчала, как будто соображая, как поступить, чтобы ее поведение было, так сказать, более-менее социально приемлемым, а потом сказала:
— К тебе нельзя. Я там живу. Нас увидят.
— Да ладно, че ты. Мы просто идем ко мне в гости.
Она затормозилась еще на несколько секунд, а потом сказала:
— Здесь недалеко есть хорошая гостиница. У тебя презервативы есть?
После долгой тягучей прелюдии был резкий животный секс. У нее были упругие ягодицы, такое же сильное тело, а сама она была горячей и громкой, так, что мне хотелось быть жестоким. После моего оргазма мы отдыхали, лежа в обнимку, говорили о чем-то абстрактном вроде погоды в сезон дождей. Когда я решил задвинуть ей во второй раз и разорвал упаковку презерватива, она сказала:
— Не надо. Я хочу от тебя ребенка.
Я даже не стал напрягать мозг, чтобы проанализировать ситуацию и принять решение. Решение принялось само собой — да. С тех пор мы делали секс, все девять дней, что я жил здесь, без презерватива…
На следующий день она расспрашивала о дальнейших планах. Я рассказал про Таиланд, Малайзию и Австралию.
— Значит, ты отсюда поедешь в Бангкок? Давай я куплю тебе билет на самолет.
— Мне не нужен самолет. Я путешествую по земле. Смысл моего путешествия в том, чтобы переезжать по земле из города в город и знакомиться с людьми, которые живут в разных местах. Что будет, если я полечу отсюда в Бангкок? Все расстояние до Бангкока, которое я мог бы проехать по земле, я потеряю.
— Тогда давай я дам тебе денег. Хочешь пятьсот долларов? У меня много денег в банке, двенадцать тысяч долларов.
— Зачем мне твои деньги? Если ты мне дашь денег и я буду их тратить на транспорт, еду и жилье, то рано или поздно они все равно кончатся, и дальше я поеду точно так же, как если бы был без денег. Никакого смысла.
— Хорошо, давай об этом поговорим завтра.
Через пару дней мы вернулись к этому разговору. Она так хотела помочь мне деньгами, что в какой-то момент у меня возникло ощущение, что ей так же важно дать мне эти доллары, как иногда человеку бывает важно получить чью-то помощь. Не знаю, зачем. Может быть, почувствовать свою нужность, важность для другого человека. Мы все зачем-то время от времени делаем что-то такое альтруистичное — вроде глупость, но для чего-то нужно.
Я согласился взять у нее долларов триста.
— Триста? Ты уверен, что тебе этого хватит? Может, хотя бы пятьсот?
Сошлись на цифре четыреста.
— Почему ты даешь мне свои деньги? — спросил я по пути в банк. — Мы с тобой не друзья и не родственники.
— Я не знаю, — она пожала плечами. — Я хочу тебе помочь. Друзья и родственники всегда что-нибудь хотят, им сколько ни давай, всегда недостаточно, и мне не хочется им давать. А ты от меня ничего не требуешь, и мне с тобой хорошо…
