Он не собирался уезжать. Хотел остаться здесь, в Ономити. Не хотел сдавать экзамены и вообще становиться врачом. Не хотел возвращаться в Токио. Он хотел остаться. Здесь его настоящий дом.
Если бы можно было как-то остановить время, сделать стоп-кадр, чтобы сейчас не принимать никаких решений относительно будущего!
В глубине души Кё сознавал, что бабушка нисколько его не предала. Пока он поднимался к вершине горы, гнев и обида постепенно вытеснились из его сознания. Когда он вернется домой, то сразу же извинится перед ней. И перед матерью тоже – за непочтительность. Но вот за что он никак не станет просить прощения – так это за что, что сейчас у него в душе.
Что плохого в том, чтобы стремиться к мечте, следовать зову сердца?
В конце концов, это его жизнь. Разве он не волен распорядиться ею так, как считает нужным?
Юноша подпер голову руками и закрыл глаза. И тут же миллионы разных судеб стали проплывать в его сознании, терзая мириадами потенциальных возможностей. Некоторые даже развернулись перед ним подробнее.
Женитьба, дети. Развод. Пьянство и безработица. Или – хороший доход. Счастливая семья. Или – вечно голодный художник. Скверные отзывы. Боль. Радость. Впереди – великая задача, похожая на скалистую горную вершину. Вот он – тест на неудачу или успех! Осуждение сверстников. Похвалы из уст кумиров. Выброшенный на свалку. Умирающий в полной безвестности. Или – всеобщее уважение. Врач. Спаситель многих жизней. Почтенный член общества. Или – неприкаянный бродяга. Неудачник, живущий где-нибудь на Окинаве и обучающий туристов серфингу. Машины. Дети. Смерть младенца в колыбели. Мотоциклы. Попытка удержать давно потерянную юность. Утрата в семье. Родители, пережившие своих детей. Жена, потерявшая мужа. Горе. Рак. Взаимное отвращение. Романы на стороне. Супружеская измена. Кража. Убийство. Разбой. Война. Голод. Несправедливость. Бессилие. Неудовлетворенность. Ошеломительная неудача. Оглушительный провал. Лягушка. Смыкающаяся над ним прохладная вода. Чем больше он обо всем этом думал, тем сильнее шла кругом голова. Как распорядиться своей жизнью? По какому пути пойти? Единственное, чего ему хотелось, – рисовать. Стать художником.
Стать художником. Жить в Ономити с бабушкой. Узнать побольше о ней и о ее отце.
И как раз в этот момент Кё увидел сюжет своей будущей жизни. Яркой удивительной мангой она словно всплыла в его сознании – от первого до последнего кадра. Это было блестящее прозрение, рожденное из противостояния и боли. Внезапно перед ним проявилась вершина горы – ледяная, суровая, кристально чистая высота. Солнце ласково целовало ее продуваемую всеми ветрами вершину.
Кё глубоко вздохнул – отчасти от нахлынувшей радости, отчасти от смиренного принятия судьбы. Простершийся перед ним путь обещал быть долгим и нелегким. Но теперь он точно видел собственную стезю. Все, что ему оставалось, – просто работать. Штрих за штрихом, кадр за кадром. В точности как бабушка, медленно спускавшаяся с горы, он каждый день будет ставить перед собой маленькие задачи. Достигая крохотных целей по крупицам, которые в итоге составят великое целое. Он будет все время двигаться вперед и не сдаваться. Сейчас у него, сидящего в одиночестве на вершине горы, в распоряжении имелось лишь настоящее. Прошлое и будущее в данный момент не имели значения. Единственное, что у него было, – его дело, и в этом заключалась сегодняшняя радость бытия.
Все вдруг показалось простым и ясным. Ответ был прямо у него перед глазами.
В голове нарисовались первые кадры новой манги: силуэт женщины в кимоно, поднимающейся на гору; затем – устремляющей взгляд в морскую даль. Под ней, далеко внизу, лежал маленький городок Ономити. Это была сильная непреклонная женщина с суровым обликом и сосредоточенным лицом. Она шла, слегка прихрамывая, и у нее на руках не хватало нескольких пальцев, а в глазах читались пережитая боль, опыт и мудрость. Она прожила долгую жизнь, полную лишений и невзгод, отголоски которых, точно круги по воде, приходилось одолевать каждый день. Она о многом могла поведать. Не все ее рассказы услаждали слух, а некоторые были совсем мрачными. И все же она была важной и значимой личностью. Она была настоящим человеком, достойным того, чтобы о ней знали все. Люди должны знать историю ее жизни! И Кё способен ее рассказать.
В его воображении в левом верхнем углу первого кадра будущей манги тут же возникло диалоговое окошко-облачко со словами:
У Аяко был строгий распорядок дня, от которого она не любила отступать
Кё достал из сумки новенький скетчбук, открыл на первой странице и принялся рисовать.
Аяко плотнее завернулась в пальто.
Она решительно поднималась по склону; ноги уже горели от такого темпа. Однако ей требовалось поторопиться.
На этот раз она точно знала, что должна сделать.
Холодный ветер пронзал насквозь, и Аяко ощущала это всеми суставами. Она явно старела.
