Торжок, или Новый Торг, — это важное место для получения хлеба с юго-востока Руси — принадлежал уже не к земле Новгородской, а к волостям Новгорода. К волостям же принадлежали: Заволочье, Терский, или западный берег Белого моря, Пермь, Печора и Югра. Впоследствии эти отдаленные колонии часто подвергались нападению суздальских и московских князей, державших там даже временами своих наместников. И несмотря на то что в Заволочье было всего больше владений знатных новгородских бояр, коренные жители его часто возмущались против новгородцев, и эта волость первая отошла к московскому князю. Самые далекие волости Пермь, Печора и Югра тоже скоро отделились, причем из земель по реке Вятке образовалась отдельная независимая община с главным городом Хлыновом. Летописи рассказывают, что Вятская община была основана новгородскими выходцами, враждебно относившимися к своей отчизне. Точное время основания ее неизвестно, но первые сведения о ней встречаются в летописях еще в XI веке. Она управлялась вечем и, единственная из русских областей, никогда не имела князя и не нуждалась в нем. Она помогала московскому князю в присоединении Новгорода, но, в конце концов, и сама должна была уступить его насильственному захвату.
Важнейшими пригородами Новгородской земли были: Псков, Ладога[6], Русса, Изборск и Великие Луки — на границе с Полоцкими и Смоленскими владениями. Позднее были выстроены: Орехов, Корела, Тиверский, Тесов, на юг от Орехова — Копорье, Яма и Луга, и позднее еще несколько по разным направлениям. Строились пригороды больше по военным соображениям, т. е. они служили как бы передовыми постами в защиту от врагов. Управлялись пригороды, по образцу Новгорода, собственными вечами с посадниками, сотскими и старостами. Новгородское вече наблюдало только, чтобы веча подчиненных пригородов не делали постановлений, не соответствующих общей пользе всей земли Новгородской. Так, например, пригород не мог самовольно выделиться и подчиниться какому-нибудь князю или отказаться от платежа определенных налогов в пользу Новгорода. Также пригород не мог отказаться от князя, присланного ему Новгородом на кормление. Так как пригороды стояли на Новгородской земле, то, при заключении мирных договоров с соседними князьями, новгородцы включали в договоры и их, целуя крест как за Новгород, так и за них.
Каждый пригород имел свою волость, т. е. определенную окрестную область, на которую простиралась его власть. Волость разделялась на погосты, состоящие из нескольких селений, имевших в погосте свой суд и управу, своих выборных начальников или старост. Все земли Новгорода и пригородов разделялись на тяглые и не тяглые. Тяглые земли были: своеземцовы, т. е. принадлежавшие собственникам, земли городских людей лучших, средних и младших, и поземные, т. е. отдаваемые городом в пользование за оброк. Все эти земли тянули городское тягло, т. е. на них лежали известные городские платежи. На не тяглых землях не лежало никаких повинностей и платежей, это были земли церковные или назначенные служилым людям в пользование вместо жалованья.
Князья, присылаемые Новгородом, получая содержание от пригородов, должны были защищать их от внешних врагов. Но, соблюдая очень усердно свои интересы, князья мало думали о пользе и защите населения. Большею частью бывало так, что они пользовались содержанием в мирное время и уходили при нашествии врага, когда следовало отплатить службой за кормление. Многие, сверх того, при отъезде грабили порученные им волости и даже земли, встречаемые на пути. Летопись так рассказывает про некоторых из таких князей: «Князь Андрей и весь Новгород дали Федору Михайловичу город стольный Псков, и он ел хлеб. А как пошла рать, он отъехал и город бросил… Приехал в село, новгородскую волость пусту положил, братию нашу испродал… А Бориса Константиновича кормил Новгород Корелою, и он Корелу всю истерял и за немцы затенил». Мы видим здесь, что жители Корелы передались немцам (шведам), чтобы избавиться от обирания князя. В других подобных случаях пригороды просили Новгородское вече избавить их от кормления князя. С князьями приезжали их помощники — тиуны, которые помогали им в обирании жителей, на кормлении же были и посадники, присылаемые из Новгорода. Все эти кормления, вместе с налогами в пользу Новгорода, разоряли пригороды, которые, вследствие этого, тяготились зависимостью от него и стремились к самостоятельности. Но нигде борьба пригорода против преобладания старого города не отличалась такой последовательностью и законченностью, как в его главном пригороде Пскове.
