Тут перед Чикатило и появился старший лейтенант Востриков. Выскочил он как черт из табакерки: совершенно неожиданно, так что бежать теперь было неразумно — это только вызывало бы лишние подозрения.
Милиционер представился, отдал честь. На Чикатило он смотрел до отвращения въедливо, словно рентгеном просвечивал. Чикатило молчал, не зная, что делать и как себя в этой ситуации вести.
— Документы разрешите? — спросил старший лейтенант.
— Зачем?
— Обычная проверка. — Что-то в этом суетливом мужчине насторожило Вострикова. — Что у вас с рукой?
— Собака укусила, — не моргнув, соврал Чикатило, и голос его прозвучал неожиданно убедительно.
— А здесь что делаете?
— Так собаку ищу же, — легкомысленно рассмеялся Чикатило, сам начиная верить в собственную ложь. — Убежала, проклятая. Цапнула, понимаете, и убежала.
Все это прозвучало так очевидно, что Востриков тоже расслабился. В самом деле, и чего насторожился? Обычный же человек, говорит спокойно, объяснение простое и понятное.
— И не нашли? — уточнил старлей.
— Да говорю же… — принялся объяснять Чикатило. — Мы в электричке ехали, Найда проситься стала. Вышли на вашей станции, я ее отстегнул — а она меня хватанула и как дала ходу… Течка, что поделать.
— Большая собака?
— Да не, что вы. Дворняжка обычная, — снова рассмеялся Андрей Романович. — Большая бы руку оттяпала.
— А теперь вы куда?
— Домой. Завтра пораньше приеду, думаю, найду уже с начинкой. Щенки будут. До свидания.
— До свидания, — кивнул Востриков.
Чикатило развернулся и зашагал по тропинке. Востриков посмотрел в удаляющуюся спину. Вдруг спохватился и окликнул:
— Гражданин! Эй, собачник! Стой!
Чикатило остановился, замер как-то неестественно, словно прикинувшееся мертвым насекомое, потом медленно обернулся. Востриков, придерживая фуражку, бежал к нему. Нагнал, остановился, тяжело дыша:
— А документы вы… Документы все же предъявите. Порядок сейчас такой. А то придется в отделение пройти для проверки.
Чикатило смотрел на милиционера, словно прикидывая, как поступить. Это длилось несколько секунд — еще чуть, и промедление стало бы выглядеть подозрительно. Приняв решение, Чикатило сунул руку в карман и достал паспорт. С улыбкой протянул старшему лейтенанту.
— Конечно. Вот.
Востриков взял паспорт, шепотом, словно школьник, прочел фамилию, сличил фотографию с оригиналом и заглянул на страницу с пропиской. Снова поглядел на Чикатило.
— В Новочеркасске живете, Андрей Романович?
— Да, точно.
Востриков вернул паспорт, козырнул.
— Ну всего доброго вам! И поспешите, через пять минут ваша электричка придет.
Чикатило кивнул с благодарной улыбкой.
Востриков, потеряв к собачнику интерес, уже шагал дальше по тропинке. Чикатило со смешанным чувством смотрел в спину Вострикова, потом перевел взгляд на паспорт, который все еще сжимал в руке. Как-то нехорошо все получилось. Опасно.
Поспешно сунув паспорт в карман, Чикатило наклонился и поднял лежащий у тропинки камень. Камень был грязным, пыльным, но довольно увесистым, с заостренным краем. И милиционер не успел еще далеко отойти.
Чикатило поглядел в удаляющийся затылок старшего лейтенанта, взвесил в ладони камень, словно изготавливаясь для броска, и тут Востриков обернулся. Заведя руку с камнем за спину, Чикатило повернулся так, чтобы треклятый милиционер ничего не заметил.
— Андрей Романович! Электричка! Цигель, цигель! — рассмеялся на ходу старлей, пародируя Каневского из «Бриллиантовой руки». — У-у-у-у! Русо туристо! «Михаил Светлов»!
Расстояние между двумя мужчинами увеличивалось с каждым шагом милиционера. Чикатило улыбнулся в ответ, кивнул, повернулся и заспешил к станции, на ходу незаметно обронив бесполезный камень.
Домой он вернулся поздно. В прихожей царил полумрак. Чикатило вошел, тихонько прикрыл дверь, негромко щелкнув замком. Он поставил портфель под вешалку; стараясь не шуметь, снял плащ, но задел рукавом пострадавший палец, зашипел от боли, и вся осторожность пошла насмарку.
Из комнаты вышла Фаина, на мужа посмотрела с тревогой и удивлением:
— Андрей, что случилось? Где ты был?
— Я вот тут… Это… — Чикатило убрал руку с завязанным платком пальцем за спину и виновато улыбнулся. — На работе я. Задержался, значит.
— Ты что, пьяный?! — принюхалась Фаина.
— Ну нет, почему пьяный… Сразу пьяный, если задержался… — заторопился Чикатило. — Нет, конечно. Так, с мужиками пива чуть-чуть выпили.
— Ты же пива не пил никогда? — уличила Фаина.
— Фенечка, ну что за допрос? Раньше не пил, теперь вот выпил… Я чуть-чуть, маленько…
Он машинально поднял руку, чтобы показать, насколько незначительна была доза выпитого. Намотанный на палец платок мелькнул в сумраке коридора белым пятном.
— Что это у тебя?
— Да так, собака укусила… — не стал придумывать ничего нового Чикатило. — Найда. Во дворе у нас на работе… Случайно.
— Дай, я посмотрю!
Фаина требовательно шагнула к мужу, уверенно взяла его за руку и размотала платок. Чикатило зашипел и скривился от боли. Кровь уже засохла, но сам палец посинел и сильно распух.
— О господи! Тебе в больницу нужно!
