Не зная, куда нужно идти, я направился в сторону бледного солнца, которое неустанно освещало этот мир. Там, в мире мёртвых, летя в пасть Бездны, лишь на мгновение я увидел леденящий душу диск луны. Наверно, луна в этом мире являлось заменой солнца тем, кто остался в Городе Мёртвых, хотя пространство вокруг было различимо и без её света. Но почему же тогда я заметил её?
Мне сейчас это было безразлично. Казалось, в целом мире не осталось ничего, кроме смерти Эйри. Лишь маленькая зелёная ленточка, которую сжимала моя ладонь, напоминала мне о том, что когда-то я был жив, что я любил и, в конце концов, собственноручно убил ту любовь.
Сейчас я шёл по пепельной пустыне, обдаваемый всеми её ветрами. Меня засыпали бури, но я восставал из пепла; ветер засыпал мне глаза, но я продолжал упорно идти; я падал и вставал, потому должен был идти, и бледное солнце смеялось надо мной, чередуясь с молчаливой луной, ровно так же, как тогда, в городе, когда я искал Эйри среди улиц.
И в один из этих ужасных дней удача всё-таки улыбнулась мне: хоть и не сразу, но с каждой секундой всё чётче и чётче, я заметил сгорбленный силуэт, который был еле заметен на фоне бесконечной бури! Я побежал к нему, не заботясь о скрытности: буря надёжно скрывала меня, да и цель моя шла впереди меня.
Через несколько секунд я смог разглядеть огромный панцирь на спине, трость из железного дерева, старый балахон и длинный капюшон, надёжно защищающий голову странника от бури. «
Я накинулся на него сверху, надеясь сбить с ног. Тот упал лицом в пепел, но почти сразу же начал переворачиваться. Я помог ему и, схватив трость обеими руками, начал душить его. И хотя он тоже успел схватить трость, я чувствовал, что долго он сопротивляться не сможет.
— Что...что тебе нужно?! — прохрипел пилигрим.
— Унар Йоркто. Где он? — ответил я.
— Я...не слышу. Что тебе нужно?! Отпусти меня, прошу!
Я наклонился голову к самому капюшону и прокричал, перебивая шум бури:
— Я ищу город порождений пепла Унар Йоркто. Ты — пилигрим, и тебе нет смысла врать мне! Где находится Унар Йоркто?!
— А, Унар Йоркто! Три дня пешком на восток. Тебе повезло: я направляюсь именно ту...
Я, не дав ему договорить, надавил с такой силой на трость, что пилигриму оставалось лишь ослабить сопротивление и принять свою смерть. При этом, я заметил, как горящий круг у меня на груди засветился, и небольшой сгусток чего-то призрачного медленно пополз из пилигрима прямо в центр Метки Бездны. Достигнув неё, призрачное облачко вошло внутрь, и я почувствовал прилив сил. «
Стащив с мёртвого пилигрима его одеяние, я надел его, обнаружив, что под иссушённым телом несчастного расползается прямо по песку что-то тёмное, но это была не кровь.
Но это не сильно взволновало меня. «
Внутри было темно. На моих ладонях плясали огоньки Тёмного Пламени, но они не давали света. Точнее, само Пламя его не давало, но светящиеся белым края освещали пространство вокруг так слабо, что света едва хватало на то, чтобы выделить из темноты кисти рук. И ещё оттуда, из Пламени, доносился шёпот и тихие стоны, будто оно было неким порталом между миром живых и миром мёртвых.
Не знаю, сколько времени я так пролежал, слушая голоса, но отвлекла меня тишина снаружи. Я начал медленно подниматься и обнаружил, что уровень пепла теперь достигает мне до пояса.
Солнце стояло почти в зените. Вспомнив правила ориентирования на местности, которым меня обучил мастер Стиллун, я определил нужное направление и отправился в путь. Очень скоро настанет время мести...
Я шёл по пепельной пустыне в родной город Унар Йоркто, облачённый в одеяние пилигрима, которого убил...а сколько прошло времени? По-моему, я сбился со счёта дней, затраченный на путь.
