Пристроившись в каюте на диване, Эстель с ужасом слушала разговоры женщин, обсуждающих печальную участь пленниц на пиратском корабле. Несчастное сердце сеньориты замирало от страха, и грустные мысли возвращали её к Альваро. Где её прекрасный рыцарь? Увидит ли она его ещё? Или ей предстоит сгинуть в гареме османского богача?
Ближе к вечеру зашёл довольно приятный молодой человек и пригласил Долорес в каюту капитана. Графиня гордо фыркнула и заявила, что не намерена выполнять приказы разбойника. Но парень был настойчив и, желая неукоснительно выполнить поручение капитана, практически выволок упрямицу из каюты. Графиня упиралась, кричала и царапалась, а женщины в обречённой растерянности смотрели на сеньору, понимая: если уж госпожу потащили к капитану, значит, и за ними скоро придут.
Позже принесли ужин: тушёные овощи и жареную курицу. Эстель догадалась: похоже, их кормят едой, позаимствованной с испанского галеона. К столу так же подали кувшин вина и фрукты. Эстель совершенно не хотелось есть, а вина она не пила, но девушку мучила жажда. Попросить пирата принести воды она не решилась, поэтому решила поесть фруктов. Остальные пленницы, рассудив, что своей голодовкой они положение не исправят, с удовольствием поели и выпили всё вино. Несколько захмелев, испанки уже не считали своё положение уж слишком печальным.
После ужина служанок увели, и Эстель осталась одна. С содроганием ожидая своей участи, она ощущала себя маленьким, загнанным в угол зверьком. Забравшись на диван, девушка свернулась в комочек и, напрягаясь от каждого звука, доносившегося из-за двери, судорожно размышляла, как ей быть, когда и её поволокут к пиратам. Бедняжке мерещилось, что вокруг неё оскалились слюнявые мерзкие пасти, и злобные хищники тянут к ней свои когтистые лапы, собираясь разорвать на мелкие клочки. Как же Эстель хотелось спрятаться, но она не знала, куда, и только в отчаянье молилась, чтобы бог послал ей спасение или лёгкую смерть. Сердце хрупкой сеньориты охватила гнетущая тоска, и страх сдавил душу ледяными тисками, заставляя тело мелко дрожать. «Если ты знаешь, что проиграл и вынужден сдаться, то сделай это с честью», – любил говорить отец, и Эстель помнила его слова. Но как казаться гордой, если тебе безумно страшно? Как идти с высоко поднятой головой, когда десятки грязных рук тянутся к тебе?
Но время шло, за окном совсем стемнело, и на корабле всё затихло. Только иногда раздавался голос человека, сообщающего «Всё спокойно», а в каюту так никто и не зашёл. Боясь поверить в счастливое предположение, что про нее все забыли, Эстель, незаметно для себя уснула. Но бедная сеньорита вздрагивала и просыпалась от каждого шороха и, только убедившись, что ей ни чего не угрожает, снова забывалась тревожным сном.
Проснувшись, Эстель, вспоминая события прошедшего дня, продолжала смотреть в окно, как дверь неожиданно открылась и на пороге появилась Долорес. Девушка отметила всклокоченную причёску и небрежно зашнурованное платье графини. Сеньора лениво зашла в комнату, опустилась на соседний диван, томно потянулась и легла. Долорес с мечтательной улыбкой уставилась в потолок, и Эстель испугано спросила:
– Долорес, что с вами? Вам плохо? – девушке показалось, что графиня пьяна.
Приподнявшись, сеньора удивлённо взглянула на соседку, будто только что увидела её, и засмеялась:
– С чего ты взяла, что мне плохо?
– Но у вас такой вид…
Женщина устремила на девушку карие надменные глаза и, хмыкнув, спросила:
– Какой? Я похожа на несчастную?
Эстель внимательно посмотрела на Долорес: графиня удивляла её всё больше.
– Нет, сеньора. Наоборот…
– Вот и замолчи глупышка, раз ничего не понимаешь, – довольно улыбнувшись, ответила женщина и снова потянулась. – Лучше помоги мне раздеться, – словно служанке приказала она. Эстель беспрекословно подошла и исполнила просьбу, и графиня снова растянулась на диване.
– Где вы были всю ночь? – не унималась Эстель.
– У капитана, – сладострастно вздохнув, ответила Долорес.
– У капитана? – растеряно захлопав глазами, переспросила Эстель. – Всю ночь? И что вы делали?
– Ты и вправду такая дурочка? – раздражённо спросила Долорес. – Что можно делать всю ночь у мужчины?
– Но вы говорили, что убьёте его? А теперь даже как будто довольны, что были у капитана.
– Говорила, – усмехнувшись, согласилась женщина. – Но оказалось, этот пират довольно галантный кавалер, – загадочно улыбнулась сеньора. – Его каюта обставлена не хуже покоев короля, и он прекрасный любовник, – довольно хмыкнула аристократка, и Эстель, услышав последние слова, густо покраснела:
– А как же ваш муж, сеньора? – искренне поразилась она.
– Ты видела моего мужа? – зло посмотрела Долорес на собеседницу. – Толстый безмозглый тюфяк! – фыркнула графиня. – Он сопит и потеет так, будто целый день взбирался на гору, и, даже не успев приступить, через минуту отваливается, словно сытая пиявка, и тут же начинает храпеть.
