Конечно, Илиодор был гротескной фигурой. Но это не дает оснований отмахнуться от этой личности как от некоего исторического курьеза. Без него невозможно составить полную картину общественной жизни страны. Илиодор со всеми изломами его биографии был олицетворением черносотенного движения, вернее, его крайнего направления. Это прекрасно понимали современники, отмечавшие, что в черносотенстве имелась оригинальная черта — глубокий мужицкий демократизм, прикрытый националистическими и монархическими лозунгами. История черносотенного иеромонаха наглядно продемонстрировала все эти качества.
Черносотенцы говорили, что черная сотня — это «простой черный русский народ». Они утверждали, что Союз русского народа не является политической партией. Это союз всего русского народа, объединенного горячей верой в Бога, преданностью царю и любовью к отечеству. Они создали широкую сеть низовых организаций. Особенно активно черносотенцы действовали среди рабочих и крестьян.
ЧЕРНОСОТЕННЫЕ РАБОЧИЕ
В первые годы своего существования черносотенцы утверждали, что капитализм не получил развития в России и, следовательно, еще нет оснований говорить о пролетариате как особом классе общества. Массовое рабочее движение поколебало, но не изменило полностью эту точку зрения. На страницах правой печати встречались прямо противоположные суждения. В июле 1912 г. «Земщина» укоряла в незнании предмета бывшего легального марксиста П.Б. Струве «Еще 6 января 1905 года редактор «Освобождения» П. Струве, человек безусловно компетентный по тем временам в этом вопросе, уверенно писал, что в России рабочего класса как такового еще нет... Последующие события, доказали обратное: в России рабочий класс есть»-675. Че-
рез месяц та же газета писала: «В Германии и в других капиталистических странах успел уже сложиться совершенно законченный рабочий класс. У нас же до сих пор фабрично-заводская деятельность является подсобным промыслом крестьян-земледельцев, ищущих заработки на время, свободное от полевых работ»676.
В конфликте между трудом и капиталом черносотенцы предпочли миротворческую миссию. «Основоположения» Союза русского народа гласили: «Союз русского народа призывает как хозяев, фабрикантов и их уполномоченных, так и рабочих, в особенности фабричных, городских, железнодорожных, всемерно стараться разрешать возникающие между ними недомолвки, споры, раздоры полюбовно, по Божию, следуя заповедям Господним»677. Избирательные программы черносотенцев были более конкретными. Они обещали рабочим содействие в «возможном сокращении рабочего дня», «государственном страховании рабочих на случай смерти, увечья, болезни и старости», «упорядочения условий труда»678 и т. д.
Программа черной сотни по рабочему вопросу выглядела весьма скромной, тем более что возникали серьезные сомнения в том, что крайне правые собираются выполнять свои обещания. Черносотенцы быстро осознали, что пропаганда в рабочих кварталах требует специфических навыков, а Союз русского народа не выдерживает конкуренции с другими партиями. Поэтому наряду с отделами Союза русского народа, а впоследствии и Союза Михаила Архангела черносотенцы начали создавать особые рабочие организации. Правительство уже имело опыт подобной деятельности в форме «зубатовщины». Отношение черносотенцев к методам «полицейского социализма» было неоднозначным. Официально «зубатовщина» осуждалась. Родоначальник этой политики С.В. Зубатов писал в 1905 г.: «Союз русского народа приговорил меня, оказывается, в ноябре к смерти, решив почему-то, что гр. Витте, вернувшись из-за границы и думая занять пост, пригласил меня телеграммой на службу»679.
Несмотря на это, бывшие сотрудники Зубатова нашли теплый прием в Союзе русского народа. Организатором черносотенных отделов в Калужской и Ярославской губерниях был Н.Т. Красивский, руководивший зу-батовским Обществом взаимного вспомоществования рабочих в механическом производстве. В Москве — на родине «зубатовщины» эти связи были особенно прочными. Черносотенцы работали в Комиссии для общеобразовательных чтений среди фабрично-заводских рабочих г. Москвы. Некоторые правые газеты усматривали опасность в широком использовании методов «полицейского социализма» сторонниками И.И. Вос-торгова, который «начал посылать везде и всюду «зуба-товцев» вроде Красивского (он же Тимофеев), И.В. Торопова, Жилкина и проч. для открытия отделов союза. Как они старались по этой части, об этом свидетельствует вызванная ими последняя забастовка в Иваново-Вознесенске»680.
Действительно, «зубатовские» методы требовали навыка и осторожности — иначе они приносили неожиданные результаты. Далеко не все черносотенные организации рисковали идти этим путем. Но созданные ими рабочие организации многое позаимствовали из арсенала «полицейского социализма».
