Она сказала это! И замерла. Сделалось стыдно. Она, которая никогда не собиралась признаваться мужчине первой. Хотя он ведь в чем-то там ей уже признавался, верно?.. Да и сказать «я скучала» – это не признаться в любви. Впрочем, теперь от себя можно ждать чего угодно…
– Я тоже скучал, – дотронулся Гарри до ее щеки с некой ранее невиданной в нем нежностью, – очень.
Они снова смотрели друг на друга в свете костра. И не хотелось ни говорить, ни двигаться. Просто наслаждаться странным единением душ в молчании этой странной ночи.
– Сейчас Вилли опять всхрапнёт, – совсем некстати пришло Маргарет в голову, но что поделаешь с этими мыслями: она фыркнула, а потом смех прорвался наружу.
Кингстон последовал ее примеру.
– Ты тоже не изменилась, – захохотал он, а затем приложил палец к губам, пытаясь унять веселье: – Дунканы спят.
– Они решат, что мы сошли с ума…
– И совсем несерьезны…
– А ведь с Лидией что-то случилось… – она с трогательным доверием положила голову ему на плечо. – У тебя совсем никаких идей, Гарри?
– Говоришь, ей было одиноко… – он приобнял ее. – Наверное. Я думаю…
– Расскажи, как вы встретились?
– Я едва не сбил ее на переходе.
– Что?! – Маргарет едва не подскочила. – Ты?!
– А что такого?
– Ну-у, я думала, ты внимателен на дороге…
– С каждым водителем случаются аварии, даже с самыми осторожными, – поучительно щелкнул Гарольд ее по носу – больно хотелось. – К тому же, – он сузил глаза, – меня отвлекали мысли кое о ком.
– О ком же?
– А вот не скажу.
Мардж поджала губы, но осталась довольна. Она почти была уверена, что поняла о ком.
– Ну и не надо… Так что там с Лидией?
– Отодвинься. Ты меня отвлекаешь.
– Так кто меня обнимает?
– А кто голову на плечо мне положил?
Мардж надула губы и отодвинулась. Гарольд снова тихо рассмеялся.
– Я совершенно счастлив тебя видеть снова, дикая Маргарет… Но нам и вправду лучше подумать о деле.
– Между прочим, я давно об этом толкую, – отчаянно пытаясь скрыть удовольствие от его признания, сообщила Мардж. – Да и посмотри-ка на набор ее вещей…
– Все новое, – кивнул Гарольд. Он это и подозревал. Лидия бежала, бежала от кого-то или чего-то, иначе бы не согласилась на предложение незнакомца отправиться в совместный отпуск.
– Словно она пыталась убежать от прошлого, – Мардж изложила его вывод вслух. – Но дневник оставила… В потайном кармашке. Так ведь не поступают, когда хотят забыть все.
– И на пустом месте не исчезают, – подтвердил Гарольд, постукивая корешком снова поднятого блокнота по собственной ладони.
– Давай запишем снова все, что нам известно? – предложила Мардж. – Я мигом, – и она побежала в свою палатку. Гарри усмехнулся: и куда делся «естественный страх перед ночью»?
А между тем голова продолжала работать по делу Лидии. Она пряталась, нервничала, сбежала, а теперь… исчезла. Это пахло чем-то слишком тревожным.
Вилли Дункан проспал. Он никогда не принадлежал к чересчур впечатлительным личностям. Потому ничто не помешало ему выспаться в тишине ночного леса.
– Вставай! – толкнула Марни его в бок коленом, осторожно промокая уголки глаз тампоном перед зеркальцем. – Уже рассвело, ты вообще не дежурил. Забыл, что случилось?
– Проспал, – виновато признал Вилли и потянулся; палатка задрожала.
– Осторожней! – воскликнула Марни недовольно. – Не хватало, чтоб ты колышки из земли вырвал.
У жены с утра было прескверное настроение. Так бывало всегда, когда случалось непредвиденное.
– Не беспокойся, скоро приедет водитель с базы, и все будет хорошо, – похлопал ее по плечу Вилли, приподнимаясь на локте. Затем расстегнул спальник.
– Уже ничто не будет хорошо, – надула губы Марни. – Отдых испорчен, сам знаешь. Я теперь дальше не поплыву, пока не выяснят, что случилось. Вляпались…
Плечи ее задрожали, и Вилли вздохнул.
– Ладно, пойдем, – расстегнул он палатку и выглянул наружу.
Костер едва тлел задыхающимися углями. Мардж и Хал спали, привалившись боком друг к другу, а головами – к бревну.
– Все в порядке, – позвал жену Вилли, махнув рукой. – Марни, все живы и здоровы.
– Я и не сомневалась, – высунула голову Марни из палатки.
Далеко заливалась песней утренняя пташка. Вчерашние происшествия больше не казались пугающими. Хотя дыры в каяках… не могли появиться случайно.
– Идем, умоемся, – направился Вилли к реке, захватывая полотенце.
Марни Дункан подошла к спящим. Мардж улыбалась во сне. Ей было явно уютно на плече Хала. Марни Дункан хмыкнула: ну и пусть. Ей все равно. Пусть Мардж Никсон, раз ей так хочется, и будет счастливой. Чем она ее бесила со школьной скамьи? Кто его знает. Наверное, потому что она вечно была какая-то другая, непонятная.
Рядом с Маргарет валялся дневник Лидии и лист бумаги, покрытый ошметками золы. Марни подняла его и отряхнула. Список был на английском.
Из пункта 2 и 3 следовала стрелка с выводами:
