Себ прочел переписку до конца.
– Невероятно! – воскликнул он и поскользнулся. Смартфон при этом вылетел из его окоченевших пальцев и нырнул в сугроб. – Только не это! – Себастиан привстал на колени и запустил руки в сугроб по самые плечи, пытаясь нашарить телефон.
– Что делаешь, Себ? – обернулась миссис Кингстон. – Разве мы не спешим в Хэшли?
– Телефон уронил! – горестно объявил Кингстон-младший. – Ситуация усложняется! Звоните в полицию, достаньте Гарри любым способом! В номер Мардж едет отравитель, а она со сломанной ногой и под действием уже какой-то бяки!
– О… о чем ты?! – схватилась за сердце миссис Кингстон.
– Себ, ты всегда был чересчур импульсивен, – вмешался отец, взирая на ползающего все еще на четвереньках сына сверху. – Еще пятнадцать минут назад ты ничего не знал об этом деле и тут вдруг выходишь на след убийцы?
– Папа, нет времени объяснять! – вскочил Себ и запустил ладонь в карман его куртки. – Я тогда сам позвоню, а ты поищи мой айфон. Вот и связь появилась! Алло!
Маргарет открыла глаза. Сплошной туман. Воспоминания удалились в какой-то далекий туннель, в голове шумело. Что происходит? Вдруг четко увиделось, как она семилетняя болеет пневмонией, а мама отпаивает горькими порошками. Точно. Во рту и сейчас такая же горечь.
– Мардж, – слышит она осторожный голос над собой, но это определенно не мама. – Ты меня слышишь?
Голос говорит шепотом. Кто же это? Маргарет вовсю пялится на собеседницу, а картинка все не складывается.
– Мама! – другой голос, вызывающий какую-то странную приятную дрожь внутри. – Она пришла в себя?
– Гарри, сын, потише. Позови лучше Альму или доктора Уиттерса.
– Да я ни за что не отойду теперь от нее! – кто-то берет ее за руку двумя теплыми ладонями.
Гарри? Что же смутно знакомо в его голосе и имени?..
– Себ! Гони за доктором!
– Гарри?.. – бормочет Мардж тревожащее ее имя. – А-а! – память проясняется. Поле за лесом, и она пробирается через крапиву, и сзади кто-то еще. Щека горит. – А я ведь нашла дорогу, да?
– Она бредит, – испуганно говорит голос Гарри, ладони его вздрагивают нервной судорогой, одну он быстро прикладывает к ее лбу. Горячо… – Ух, переломал бы ноги этому Шону!
– Ему уже переломали ребра, – спокойно звучит голос его мамы в ответ. – Успокойся. Так бывает от передозировки барбитуратами – следователю стоило бы знать, – голос ее звучит легко и шутливо.
– Как и Белинде Симпсон, – мрачно парирует Гарольд. – Соцработнику следует лучше разбираться в лекарствах.
Следователь. Ведь вроде он уволился. Или его уволили… Этот вопрос так и остался невыясненным. Маргарет жмурится. Белинда Симпсон.
– А что… с Белиндой? – промямлила она с трудом. – Как я здесь?.. – язык заплетается, ум за сознание цепляется с трудом, она ерзает, но одна нога оказывается тяжелой и начинает отзываться тупой болью в лодыжке.
Новое воспоминание. Гипс. Аббатство. Погоня. Отравление старушки. Желтый цветок.
– Наша непоседа пришла в себя? – слышит она веселый голос доктора. – Господин опекун сработал блестяще!
Она вспомнила. И в глазах прояснилось. Мардж села, пошатнувшись, но Гарри подставил плечо.
– Опекун! – слабо воскликнула она и попыталась отстраниться от опоры. – Нет, ну как можно было! Ты хоть знал, что мне пережить пришлось тут из-за тебя?
Все расхохотались.
– Точно пришла в себя, – смеялся Гарольд, не выпуская ее руки.
– А что после было, ты помнишь?
Себ стоял, боком опираясь о стену и деловито сложив руки на груди.
– М-м… – повела головой Маргарет неуверенно, и снова была вынуждена откинуться на плечо «опекуна».
– Сунулась ты в самое пекло, – пожурил Себастиан ее мягко. – Белинда рассказала своему дружку из Интернета, куда она едет, и ему это жутко не понравилось – ее уже пыталась нанять соседка Мэрайи Гудвин…
– А, та старушка с бигуди в волосах! – вспомнила Маргарет, вяло поднимая палец.
