Всадники сделали круг и мчатся уже совсем рядом. Большая часть отстала, растянувшись, но впереди несется плотной группой с десяток лучших. Толпа снова взревела, когда бешено скачушие подростки приблизились к натянутой красной ленте. Вряд ли кто-то что-то смог бы разобрать в какофонии воплей, но все подались вперед, в ожидании, включая сидящих на помосте. Хотя он расположен так, чтоб четко видеть я так и не понял, кто из трех всадников первым пересек линию. Судя по поднявшемуся шуму и остальные разделились во мнениях. Хан поднялся и выступил в качестве Соломона, признав всех троих победителями. Наверняка остались недовольные, тем более многие делали ставки на выигрыш, но справедливость власти сомнению не подлежала. Сказал табун получит лучший, все трое стали обладателями сотни лошадей.
- Э, - говорю, внезапно обнаружив, когда ребята подошли ближе, -это ж девка!
- Очень бойкая, - сказал, вернувшийся хан, со странной усмешкой. - А знаешь, пан Воронецкий, я нашел для тебя награду. Ты ж не думаешь, что не оценил, - скользящий взгляд на бея Байара, - твои заслуги. Ты выиграл войну, - повышая голос, заявил. - Одним ударом.
Фактически так и есть. Без осадных пушек она б затянулась надолго и неизвестно сколько б вытерпели под стенами сборные отряды. После Салдайи, превращенной в руины, остальные города моментально сдавались, стоило возле них появиться ханским всадникам. Они послушно платили контрибуцию, крайне нуждающемуся для раздачи воинам наград Татару, а попутно часть торговых правил изменилась не в пользу торговцев. Налоги возросли, самостоятельность урезалась.
Между прочим, мне с тех победных доходов ничего не досталось. Ни в качестве командира, ни для ратников. Нас оставили вместе с орудийным парком торчать в разграбленном городе. С одной стороны, хорошо, спокойный отдых, да и после ухода номадов в домах можно пошарить спокойно. С другой, мы ж не для охраны никому не нужного порта пришли. А раздачи пролетели мимо. На прямой намек калга прямо ответил, что я и так неплохо взял на городских складах. Как будто эти вещи друг другу мешают. Кстати и за вскрытую измену даже халат с плеча не подарил. Скряга.
- Золото - прах, - заявил между тем хан для всеобщего сведения. - Сегодня есть, завтра нет.
Опять ничего не даст, лишь красиво споет, желчно подумалось.
- Для настоящей награды нужно кое-что посущественнее! Сестру мою Юлдуз отдаю тебе в жены! - провозгласил Татар.
Ох, жизнь моя, теряя речь и в панике роняя челюсть на грудь от изумления, мелькнуло в голове. Сказать я о таком и не мечтал, у нас бывает только одна жена, а я помолвлен и где ж взять калым подобного размера, невозможно по множеству причин. Это ж жуткое оскорбление отказаться от такого предложения. После этого точно сломают позвоночник, не взирая на заслуги.
Косноязычно благодарю, позабыв на 'радостях' половину слов на тюрки и тоскуя, что не удрал от справедливого словенского государя куда-нибудь в другую сторону. На север, например.
- Разве не красавица? - восклицает хан и жестом мошенника извлекает из-за спины ту самую девицу с недавних скачек.
Нет, хочется сказать. То есть не уродка, хвала Свету и предкам. Лучше, чем могло быть, с моим замечательным везением. Не монголка с узкими глазам и плоской рожей. Хотя, чего удивительного, раз сестра хана. Он тоже на азиата с востока мало похож.
Лет шестнадцать, еще не женская угловатая фигура с маленькой грудью. А смотрит, спаси меня Святовит, аж дырки скоро прожжет. Похоже и для нее случившееся далеко не великое счастье. В первый раз увиделись и сходу замуж.
- Конец месяца подходящая дата, не так ли?
Кого хан изволил спросить осталось неясно. Не меня и не ее.
Беки дружно поздравляют и произносят кучу вычурных фраз по обязанности, только кое-кто смотрит с насмешкой, а другие с ненавистью. Будущая супруга уставилась в пол и не поднимает глаз. Как бы не траванула с таким отношением. Сплошной праздник. О, еще домой отписаться надо. Матушка будет неприятно удивлена изменением статуса на семейную жизнь. У нее иная кандидатура и ссора с соседями неминуема.
- Ничего удивительного, - сказал Кир, неизвестно откуда уже знающий новость, хотя идти до лагеря пять минут, а заранее знать никак не мог. - Сестра-то сомнительная. От прежнего хана, но не жены. Взял тот в набеге княжну из адыгов, - он заметно скривился, на Кавказе через одного числятся аристократами. Достаточно чтоб троюродный дядя женился на пятиюродной родственнице тамошнего вождя. - Наложница, не по обряду. Но видать любил. Когда мать после родов померла - дочь признал. По женской линии трон чингизиды не передают. В этом смысле не опасна. Потому и не, - от чиркнул ребром ладони по горлу, - как остальных сыновей. Но всегда есть шанс, что муж воспользуется родством. А ты не конкурент. Племя не имеешь, служишь ему напрямую. Рода словенского и дети твои никогда его не подсидят.
- Очень приятно слышать, - говорю с невольной язвительностью. - Хоть яда не подсыпают, раз безопасен.