Чорный властелин полностью

Но на данный момент для меня главное — предстоящий поход. Если не облажаемся, то это будет большим шагом вперёд. О том, что будет, если всё сорвётся и мы не сможем завоевать кусок побережья, думать я не хочу... придётся, конечно, планировать и на этот случай, но не сейчас. Сейчас я еду к кузнецу за заказом. После «сортирного» нападения мне жутко не хочется отправляться на войну с одним лишь кинжалом на поясе. Мог бы взять копьё, но не уверен, что мышечная память принца вовремя проснётся. Так что если припрёт, скорее всего, буду сражаться по принципу «сила есть — ума не надо» (раз уж огнестрела пока даже в проекте нет). А силушку я не растерял — даже качаться начал для поддержания тонуса царских мышц. В идеале, мне хотелось бы для себя нечто по типу здоровенного двуручного фламберга или шотландского клеймора. Ну или хотя бы алебарду. Но вот ковать таких монстров некому, некогда и не из чего. Посему я ограничился очень большой кувалдой, с бронзовой отделкой, чтобы не совсем стрёмно было.

— Принц, зачем? Ты же великолепно владеешь копьём.

— Владел, Берхан, владел. Сейчас я разве что помню, с какого конца за него браться. — Я несколько лукавил. На самом деле, когда я брал в руки оружие, то через некоторое время тело само вспоминало, как им пользоваться... Но случалось это не сразу, да и сражаться на одних рефлексах — чревато. — А вот с этой балдой много хитрости не надо. Махнул и снёс.

— Да уж, этим ты и льва укокошишь, если попадёшь, конечно. — Берхан покачал головой.

Я в ответ пожал плечами и отрезал себе ещё ломтик бегемотного сала.

— Вообще, сам понимаешь, я в рукопашную лезть не собираюсь. Но вдруг вы с Каасой в следующий раз до сортира добежать не успеете?

Берхан загоготал, а я отправил в рот сальцо и зажевал куском тэфовой лепёшки с лучком. Красота... Ещё бы горилочки для полного кайфа, но алкоголизм среди своих негров я внедрять не буду ни под каким соусом. Пусть арабы спиваются!

— Вкуснятина.

— Ага, — согласился со мной Берхан.

Всё же есть что-то общее у моих негров и хохлов, и это общее — любовь к салу. С той скоростью, с которой местное население пристрастилось к новой пище, скоро придётся заниматься разведением бегемотов, а то дикие вымрут.

— Принц, как ты вообще догадался, что солёный жир может быть таким вкусным?

— Я же вам рассказывал — Господь накидал мне полную башку знаний взамен утраченной памяти.

— Нет, ну с твоими заводами и фалангой всё понятно, дело государственное, полезное. Но сало?

— Эх, Берхан. А ты подумай, солдат будет сражаться лучше, если знает, что его накормят дерьмом или вкуснятиной, наподобие того же сала? — С этими словами я схарчил ещё один ломоть. Действительно, вкусно, почти как свиное сало. — Ладно, расскажи лучше, как идёт подготовка?

— Хорошо идёт. Плавать все научились, спасибо парням с берега Таны. Эти твои ласты... это что-то! Мы плаваем быстрее лодок. Особенно когда танцы догадались плавать, не сгибая коленей. Со скрытностью тоже неплохо — все из моих парней умели тихо ходить, сейчас охотники только подтягивают городских, вроде меня. С луками получается плохо — отлично стреляют только пятеро охотников, и они говорят, что здесь ничего не поделаешь — надо учиться с детства. Зато с метанием ножей полный порядок.

— Это радует. Организуй, пожалуй, группы вокруг лучников. Если придётся разделяться во вражеском городе — пригодится. Что там с Женом?

Берхан ухмыльнулся, запив кофем кусок лепёшки.

— Гоняем. Толковый парень. Постоять за себя уже может. Отдал бы ты его нам полностью, сделали бы из него бойца на славу — он мелкий, но жилистый и быстрый. Как змея. Жаль, поздно за него взялись.

— Тут уже ничего не поделаешь. Сам его нашёл совсем недавно. Да и забот у него гора вдобавок к тренировкам. Я вот думаю, не загоняю я его?

Берхан подумал.

— Нет. Он справляется. С нами он отдыхает головой, а без нас он отдыхает телом. Даже силы есть на дочку кузнеца облизываться.

— Там есть на что облизаться.

Мы заржали.

— Принц, а тебя твоя индианка не ревнует?

Боец гнусно улыбнулся мне.

— Тьфу на тебя. Абеба совсем ещё дитё, да и Жен по ней сохнет. И вообще, Симран меня вполне удовлетворяет.

— Как она, кстати? Арабский лекарь её завтра ведь кромсать будет.

— И не говори. Волнуется. Но глаз хочет сильно, пусть и незрячий... готова под нож этого коновала лечь. Эх, женщины.

— Принц, почему коновала? Даже я слышал, что арабские лекари — лучшие. А как толстый Жен его нахваливал…

— Я этому лучшему лекарю два часа в голову вдалбливал, как нужно обеззараживать инструменты и место, где он режет. Если эта скотина запорет операцию, я его на кол посажу. А потом в масле сварю.

Берхан чуть не поперхнулся салом.

— Ну ты и кровожаден, принц! Ты в неё случаем не влюбился? Такие кары за девку придумываешь.

— А ты в Каасу?

— Ну ты загнул. Каасу я полжизни знаю. Мы как братья — друг за друга на смерть готовы.

— Так я жизни той помню меньше чем полгода. Вот и думай, что Симран я знаю почти полжизни, а вас, раздолбаев, практически с самого младенчества. Ладно, мне пора.

— Мяу!