- Мы подумаем об этом, - пообещал Хьёлас, а сам мысленно поставил себе отметку в следующий раз рассмотреть возможность остановиться в кельях. Если верить жрецу, это жильё обойдётся им намного дешевле гостиницы, да и оплачивать можно не деньгами, а трудом. – Спасибо за помощь, господин Поо.
- Рад помочь, Хьёлас, - широко улыбнулся тот, а потом вдруг огляделся, как будто проверяя, никто ли не подслушивает, наклонился и сказал: - Служители Протектората будут рады, если вы будете обращаться к ним «атар». Не стесняйтесь. Вы среди друзей.
Несмотря на покровительственный тон, Хьёлас почувствовал прилив благодарности и расположения к этому человеку, и послушно повторил:
- Спасибо за помощь, атар.
- Рад помочь, иондо. - Он вдруг положил ладонь Хьёласу на макушку. Рука оказалась неожиданно тяжёлой и тёплой, но через секунду уже снова исчезла. – Я буду одним из распорядителей на турнире, так что ещё увидимся.
После этих слов Лайам Поо вежливо поклонился Чиму, Астрид и Ланни, и, не говоря больше ни слова, ушёл по своим делам.
- Занятный тип, - сказала Ланни, когда они отошли на почтительное расстояние. – Интересно, почему он так на Хьёласа таращился?
- Наверное, потому, что понял, что на меня его легкоэфирные плетения не подействовали, - не без труда подавляя снисходительный тон, сказал Хьёлас.
- Ты о чём? – удивлённо спросила Астрид.
- Это что-то вроде… ауры доброжелательности, - пояснил Хьёлас, и лишь потом подумал, не доставит ли он этими словами жрецу неудобств. Ведь когда ребята поймут, что его приветливость была магическим внушением, их отношение может резко измениться. Но, кажется, Хьёласа то ли не восприняли всерьёз, то ли не придали его словам значения. Но на всякий случай он решил уточнить: - Но он был вполне искренен, я уверен. Просто подкреплял реальное настроение чётко сформулированным дружеским намерением, вплетённым в стойкий контур.
- Почему ты нам сразу не сказал? Позволил ему нами манипулировать… - задумчиво и недоверчиво сказал Чим.
- Он не делал ничего плохого, - заверил друга Хьёлас. – На меня он перестал влиять ровно в тот же момент, когда понял, что я его раскусил. Я наблюдал за ним. Он был вполне честен.
Чим задумчиво хмыкнул, но тему больше не поднимал.
Они вернулись к вэйпану и с аппетитом пообедали. Потом установили две палатки, обнесли их контурами, защищающими от ветра и обеспечивающими тепло, и отправились в Музей Древних Причуд.
Теперь они выбрали чуть другой маршрут – нашли ещё один горячий источник, потом вышли к тракту, над которым завтра пройдёт Торжественное Шествие Единства. Здесь им встречалось намного больше людей – паломников, жрецов и просто обывателей, прибывших на фестиваль. С этой стороны от храмовой территории был целый палаточный посёлок. Люди приезжали по одному, с друзьями и с семьями; чуть в стороне было четыре длинных ряда с одинаковыми, как близнецы, палатками, - позже оказалось, что одна из школ Довуша отказалась от участия в Шествии в пользу турнира. Поклонников уанорру тоже было много – тут и там были расположены поля разных размеров, проводились тренировочные игры. Хьёлас и Чим даже увидели несколько знакомых лиц – встречались на турнирах прошлых лет. Они даже обсудили возможность переместить палатки сюда, поближе к единомышленникам, но отказались от этой идеи – очень уж им покой лесной глуши пришёлся по вкусу.
К семинарии они так и не приблизились – обошли её с восточной стороны, чтобы проверить слухи насчёт временного загона с хлеями, оборудованного здесь перед праздничной выставкой и любительскими гонками. Тут инициатором выступил Чим – он уже много лет мечтал завести хлея, и хоть их дом в Ацокке был на поверхности ветви и, в принципе, оставлял возможность завести какое-нибудь живое хозяйство, участок всё же был слишком маленьким, чтобы обустраивать полноценный хлев. Ну, или так, по крайней мере, говорил мастер Нэвиктус каждый раз, когда Чим заводил об этом разговор.
Загон действительно был, но он пустовал. По словам ребят, охранявших место от вандалов, звери прибудут завтра, вместе с Торжественным Шествием, и останутся тут на три дня. Чим засиял в предвкушении, а потом они всё-таки направились в музей.
Вообще Хьёлас довольно скептично относился ко всякого рода выставкам, но на местную коллекцию Древних Причуд он хотел поглядеть уже давно. Главным образом она интересовала его потому, что у него была и своя небольшая коллекция – всякие странные вещи, найденные в Мёртвом Городе, которые более-менее сохранили форму и занимали не слишком много места, он приносил домой и складывал на полках, в надежде когда-нибудь разобраться, как же древние люди их использовали. Более того, у него был ещё и секретный архив – древние, буквально в руках рассыпающиеся документы, на которых с большим трудом, но можно было разобрать целые тексты, написанные на доселе не расшифрованном языке древних людей. Часть из них нашёл ещё Абсалон, кое-что обнаружил в Мёртвом Городе сам Хьёлас.
