В течение следующих часов Хьёлас понял, почему отец в письме просил его не лезть в это дело. И даже проникся пониманием к ярости мастера Оммадса, когда тот увидел схему. Потому что здесь, в папке «Арганиф», в черновиках отчётов, предназначенных Миссии Иропп, почти все формулы и схемы сопровождались комментариями и пояснениями. Должно быть, не все в Миссии хорошо разбирались в вэнантике…
«Господин Апинго, простите за беспокойство, но ваше время вышло. Через пятнадцать минут здесь будет другой клиент».
Хьёлас вздрогнул, когда рядом с ним появился нунций. Он настолько погрузился в изучение записей, что совсем забыл о времени. А ведь ему ещё надо успеть на обед, и взять в комнате конспекты на вторую половину дня!
С некоторым содроганием он складывал документы обратно в папку, потом в коробку и в сейф. Неужели эти записи хранились тут столько времени? Странно и страшно было осознавать, насколько мрачные и опасные знания находятся в его распоряжении. Лишь бы об этом никто не узнал! Забрать их отсюда? И что сделать? Отдать мастеру Нэвиктусу? Или миссии Иропп? Или уничтожить?
Последнее отпадало – уж что-что, а просто сделать вид, что ничего не знает, Хьёлас не мог. На протяжении долгих лет отдел в ИЛП проводил незаконные опыты над людьми – и, возможно, продолжает и по сей день. Нужно помешать им, остановить, запретить! Но как? Явно не только своими силами. Можно через гардианов – анонимно отправить документы. Вот только им понадобится расшифровка символов, а с черновика Хьёласа они легко считают следы аниматуры и найдут его, начнут задавать вопросы. Попросить о помощи мастера Нэвиктуса? Нет, исключено, нельзя втягивать в это сомнительное дело наставника. Вряд ли он не справится с сопутствующими осложнениями, но нужно ли ему это? Даже в комплекте с возможной подсказкой по делу Чима…
Хьёлас решил не торопиться с принятием решения. Сначала он до конца изучит всё сам. И всё же тревожно было оставлять эту стопку компромата без присмотра. Пусть даже он лежал тут много лет…
Наверное, самым правильным будет всё же связаться с Миссией Иропп. Они наверняка будут знать, что делать с этой информацией, раз уж они заказали отцу это расследование. Но Хьёлас ещё не до конца понимал, кто они такие. Похоже, что это что-то вроде независимого культа или ордена, но зачем им копаться в этом? Хьёласу не хотелось верить, что они могли интересоваться незаконными исследованиями в своих корыстных целях, ведь отец работал на них.
- Хьёлас, ты в порядке? – спросил Чим во время обеда. – Какой-то ты смурной.
- Я всегда смурной, - отмахнулся Хьёлас, но всё же постарался сделать лицо попроще.
Чим, к счастью, настаивать на откровенности не стал.
«Знал бы ты, дружище, чем занимался мой отец, - подумал Хьёлас, без аппетита, но дисциплинированно поглощая обед. – Хотя, чего уж там, я и сам пока что не до конца разобрался…»
А потом, как будто с запозданием, набежала ещё одна мысль: «Надеюсь, я не пожалею, что начал в это вникать». По всему его телу пробежали нервные мурашки, поднимая мелкие волоски на предплечьях и затылке. Возможно, у него просто разыгралось воображение после всего, что он прочитал, но у Хьёласа возникло странное ощущение, как будто за ним кто-то наблюдает. Он огляделся – ничего необычного, мастера и студенты заканчивают трапезу, торопятся вернуться в классы… наваждение исчезло.
- Идём, - поторопил его Чим.
Остаток дня был суетным, как и все учебные дни в последнее время, но Хьёлас был даже рад: он мог не зацикливаться на собственном беспокойстве, а просто сосредотачивался на текущих делах – отработка плетения, принудительно перемещающего по сосудам кровь, потом разбор мерцающих иллюзий. С Астрид встретиться, к сожалению, не удалось, но зато индивидуальное занятие по лёгкой магии получилось на редкость продуктивным.
Вернуться в банк Хьёлас смог лишь через несколько дней: плетение искусственного кровообращения никак ему не давалось, а мастер Гато стал раздражающе непреклонным. И лишь запершись в кабинете в банковском хранилище и убедившись, что в его отсутствие к коробкам никто не прикасался, Хьёлас с облегчением выдохнул. И всё же вернулся к чтению. Он собирался в первую очередь разобраться в деле Чима, а подсказки он мог найти только в отчётах по проекту «Арганиф». Но теоретические выкладки постоянно ссылались на заметки в рабочем дневнике, и чтобы не потерять нить событий, Хьёлас решил читать всё подряд. И, разумеется, желание хотя бы опосредованно приобщиться к жизни и делам отца, было абсолютно ни при чём.
Судя по записям Абсалона, ему удалось обнаружить в ИЛП две рабочие группы, исследования которых были не совсем законными.
Об одной из них Хьёлас даже слышал. Лабораторию мастера Амрата Тинойе закрыли около пяти лет назад, а всех сотрудников, во главе с Амратом арестовали, и, после продолжительного и шумного судебного процесса, приговорили к заключению – в разных тюрьмах и на разный срок.
