«Да, и ради того, чтобы когда-нибудь подняться на уровень, достаточный, чтобы претендовать на Астрид, - раздражённо подумал Хьёлас. – Так я думал раньше, когда не понимал истинной природы вещей. Но теперь-то я знаю, что физический мир – всего лишь видимость, хрупкая оболочка, маска, скрывающая прекрасную и удивительную суть реальности, не ограниченной тремя измерениями, а намного, намного более многогранной…»
Но Хьёлас уже вспоминал лекции мастера Карлеша, когда тот рассказывал, что вся ценность слоёв – в их совокупности. Выбор только одного ограничивает человека, лишает его смысла. Существовать на уровне самой магии, может, и приятно, но злоупотребление грозит полной потерей личности. «Буду ли я наслаждаться этой эйфорией, если это буду уже не я? – задал Хьёлас себе тот вопрос, которым мастер Карлеш рекомендовал подводить итог погружения, чтобы облегчить чувство потери. – Может, и буду. Может, это всё ложь – о том, что можно потерять себя. Известно ведь, что некоторые маги декадами не выходят из этого состояния, и ничего с ними не делается…»
Хьёлас тяжело вздохнул и потёр ладонями лицо. Пальцы его были очень холодными и заметно дрожали. Он всё ещё чувствовал некоторую тяжесть и слабость, но жуткое отвращение к собственному телу каким-то образом исчезло. Он снова был собой, хотя уже и не таким, как раньше. Хьёлас бросил взгляд на часы, чтобы понять, сколько продлилось его первое погружение. Странно – судя по времени, ужин был всего два часа назад. С учётом того, что прежде чем «исчезнуть» он довольно долго сосредотачивался и уговаривал себя отключить предохранители…
Может, прошли сутки, или даже больше? Но нет, Клед Шабар и его ассистент всё так же лежали без движения, другие студенты тоже сидели на тех же местах.
- Ты погрузился не полностью, - негромко объяснил мастер Китола, явно удовлетворённый тем, что Хьёлас начал оглядываться, пытаться сориентироваться в реальности.
- Так бывает? – озадаченно переспросил он.
- Да. И чего-то подобного я от тебя, пожалуй, ожидал. Ты слишком осторожный, чтобы вот так вот сразу нырнуть в неведомое, каким бы прекрасным оно ни было. Но начало положено, и в следующий раз тебе будет легче погрузиться. Вопрос в том, осмелишься ли ты нырнуть полностью. И сможешь ли потом выплыть. Теперь ты уже приблизительно знаешь, с чем тебе придётся иметь дело.
Хьёлас задумчиво кивнул. Даже от одного воспоминания о силе его начала грызть тоска по идеальному, а ведь он даже не погрузился полностью, только краем глаза, так сказать, заглянул в лёгкий эфир.
- Я хотел бы на сегодня закончить, - сказал он.
- Конечно, - отозвался мастер Китола. – Ты можешь даже сделать перерыв на пару дней, чтобы понять, готов ли ты к продолжению курса.
Хьёлас снова кивнул и покинул рабочий зал. Эмсат следовал за ним, чуть отстав, и навязываться явно не собирался. Вот и славно.
Вернувшись в свою комнату, Хьёлас нацарапал на листке надпись «Держитесь подальше» и прицепил её к двери снаружи. Услышав эту формулировку от Эмсата впервые, он подумал, что такую грубость можно бы и смягчить, но теперь понял, что именно эта фраза идеально отражает его нынешнее отношение к любому возможному общению.
Хьёлас понимал, что и ассистент, и, возможно, мастер, наблюдают за лёгким фоном в его комнате, на случай, если он вдруг решит погрузиться. Но Хьёлас не собирался, хотя искушение было велико. Его разум раскачивался из крайности в крайность: он то хотел как можно скорее снова ощутить это невероятное чувство лёгкости и совершенства, избавившись от опостылевшей физической оболочки, то, наоборот, клялся себе, что больше никогда и ни за что не сделает это, потому что не имеет права теряться – сёстры и мама нуждаются в нём, да и Астрид…
А что “Астрид”? У неё и так есть всё, что ей нужно – с таким-то папочкой. И столько усилий надо приложить, столько времени потратить, только ради призрачного шанса быть с ней. А лёгкий эфир – вот он, рядом, приветливый и доступный, ждёт тебя, как покинутый дом, чтобы заключить в объятья и подарить все возможные блага.
Хьёлас тряхнул головой и заставил себя дышать глубже, хотя лёгкие резало неприятным воздухом. Вот уж у кого нет и быть не может проблем с дыханием – так это у Астрид. Должно быть, её лёгкие как-то иначе устроены… И тут Хьёлас понял. Она дышала лёгкими потоками! Это всё объясняло!
Он тут же одёрнул себя, оценив явную абсурдность предположения. Что это вообще должно значить – дышать лёгкими потоками? Бред какой-то… но именно такое ощущение складывалось от её ритма, от её улыбки. Её тонких нежных губ…
Хьёлас невольно улыбнулся. Закрыл глаза, поджал губы, вспоминая, чуть сжал ладони, как будто в них сейчас были тонкие ласковые пальцы Астрид. Как же он соскучился!
Он залился краской, хотя и был в комнате один. Вот ведь болван влюблённый!
Хьёлас сам не заметил, как окончательно вернулся в реальность, стал прежним собой, для которого мир ещё не разделился на два несовместимых уровня бытия. Теперь не реальность, а погружение казалось ему сном: счастливым, волшебным, но всё же сном.
