Погоня за более точной передачей названия каждого отдельного объекта вносит диспропорцию в географическую схему русского литературного языка. Когда топонимы воспринимаются глобально, к ним подходят с мерилом макротопонимии. Они усваиваются «во всемирном масштабе». Поэтому отдельные местные традиции не должны приниматься во внимание. Нам неважно, что на месте произносят Грейт-Карру, Грейт-Абако, Грейт-Багама, Кордилъера-де-ла-Коста. Для нас это плато Большое Кар-ру, остров Большой Абако, остров Большой Багама, Береговые Кордильеры. Ср. также некоторые числовые названия: острова Два Брата, коса Двух Пилотов, перевал Трех Пагод, гора Три Сестры, о-в Четыре Пальца, пролив Восьмого градуса, гора Девять Скал, острова Десять Тысяч Островов, которые мы воспринимаем в переводе, а не в транскрипции, потому что в этой форме они нам понятнее.
В заключение необходимо сказать несколько слов о переводе географических названий, поскольку в погоне за их стандартизацией (см. следующую главу) переводу объявили жестокую борьбу. Переводу, а не транскрибированию подлежат названия крупных физико-географических объектов, а также мелких незаселенных объектов (если они не образованы от других собственных имен). Противники этого способа передачи аргументируют свои соображения, например, тем, что американцы перестарались с переводами русских названий у берегов Северной Америки и превратили залив Морозова в Cold Bay, т. е. 'холодный залив'. Но если мы взглянем на карту Тихоокеанского побережья Северной Америки, мы обнаружим во многих местах двойную, русско-английскую номенклатуру: о-в Нувиван (Открытие), город Кадьяк (Павловская Гавань) на о-ве Кадьяк, город Ситха (Новоархангелъск), острова Тринити (Троицы) и т. д. И замена русской фамилии Морозов в основе названия английским словом со значением схолод' – это просто привлечение удобной то-поосновы, а не ошибка переводчика.
Именно в переводе, а не в транскрипции обозначения физико-географических объектов оказываются более информативными, например, для мореплавателей. Капитан ждет, что перед ним откроется Белый мыс или мыс Рог, а не Кап-Влан и не мыс Горн. Поэтому имеется, во всяком случае, европейская традиция перевода этих названий. Кстати, название мыса, являющееся самой северной точкой Африканского континента, без конца менялось на наших картах. То это был Кап-Влан, то Кабо-Бланко, теперь он стал м. Абъяд – все с тем же словесным значением 'белый' и каждый раз в угоду новой языковой ориентации с нулевой информацией для наших отечественных мореплавателей. От замены итальянского слова со значением 'белый' на арабское добавилась лишь нагрузка на память В увеличились расхождения карт прежних лет издания от последних.
Еще А. М. Сухотин отмечал, что метод перевода применяется более в отношении физико-географических объектов, нежели политико-географических и более в отношении крупных, чем мелких, т. е. названия населенных пунктов подлежат лишь транскрипции6. Например, название озера в США Great Salt Lake мы даем в переводе: Большое Соленое озеро, а название города на берегу втого озера Salt Lake City – Солт-Лейк-Сити. Иными словами, для названий населенных мест международной, интернациональной формой оказывается национальная. Переводу подлежат и некоторые определения в составе топонимов: Оранжевая река, Медвежье озеро, Скалистые горы.
Возвращаясь к проблеме информативности топонимов» необходимо отметить сохранение одних и утрату других аспектов информации при разных способах заимствования. Например,, в названиях немецких рек Weifier Regen, Schwarzer Regen в случае их передачи в транскрипции полнее сохраняется информация об их языковой принадлежности: Вайсер-Реген, Шварцер-Реген. Человек, знающий немецкий язык, поймет и словесную информацию определений Вайсер и Шварцер (т. е. 'белый' и 'черный5). В случае перевода Белый Реген, Черный Реген полнее передается их системность, но теряется языковая принадлежность.
