— Мы все послушны вашему высочеству! — ответила царевне Махатала. — Однако же пора и действовать. А то как в поговорке: назвалось озером, а лотосов не видно! Надобно уж показать себя! К вам, славной дочери царя небесных натов, в роскошный дворец на самой вершине Горы Ароматов изволил прибыть царевич Эйндакоумма, сын небесного владыки, с многочисленной свитой. Теперь уж близок срок, когда появится он здесь, в опочивальне... Нам следует достойно встретить государя — ласковою речью, почтительным приветом, любезным обхождением, —дабы первое свидание влюбленных вдруг не омрачила нежданная оплошность. Не стоит понапрасну испытывать терпение и нежную кротость нашего благородного гостя. Коли наведавшийся к нам царевич скор в словах и действиях своих, то не станем медлить и мы. О любезная моя госпожа, все мы выйдем встретить славного потомка Тиджамина от имени владелицы Рубиновых чертогов. Теперь уж все предвещает делу благоприятный исход! Пусть же нам сопутствует удача!
С этими словами почтенная кормилица Махатала в окружении тысячной свиты придворных девушек царевны, взяв в обе руки дары любви — благовонные цветы небесной мьиззутаки, торжественно покинула опочивальню Велумьясвы и направилась в покои, где расположился царевич Эйндакоумма со своими соратниками. Приблизившись к правителю острова Забу, Махатала поставила перед ним цветы в алмазных вазах и начала почтительную речь:
— Склоняясь к золотым стопам прославленного государя, осмеливаюсь напомнить о минувшем и поведать про нынешнее. На днях нашу госпожу, царевну из Рубиновых чертогов, сразил неожиданно солнечный удар, когда сквозь щель проник в покои жаркий луч. Все слуги госпожи, вся свита были тогда в смятении и тревоге за царственную жизнь. В тот страшный час великий государь пришел на помощь, послав чудесного сандала, который, подобно искуснейшему лекарю, вмиг победил недуг, избавив от страданий несчастную царевну. За это все мы что ни день возносим громкую хвалу в честь государя, исполненные преданной благодарности. С той поры здоровье возвратилось к нашей юной госпоже, хотя и после с нею приключались беды. Вот как-то раз, когда она изволила уснуть на драгоценном ложе из кораллов, в опочивальню проникла крохотная бабочка размером не больше мухи. Благоухая ароматом, умащенная душистым эликсиром и припудренная легкою цветочною пыльцой, раскинулась в истоме прекрасная царевна, одетая в роскошную сорочку, украшенную жемчугами, — не иначе как бабочке она казалась ярким и ароматным цветком, невиданным доселе. Играя и резвясь, задорный мотылек кружился над царевной — от взмаха крыльев вился легкий ветерок, который вдруг приподнял жемчужный край сорочки и обнажил сияющую красотою грудь юной девы. Шаловливый мотылек стремительно скользнул в распахнутую ткань и мягко опустился на чуть выпуклый бутон... Царевна простонала: «Больно! Что-то жжет!» Придворная служанка Тиримейтта, стоявшая близ ложа с золоченым опахалом, сильно испугалась и не успела прогнать докучливую бабочку. За это она и до сих пор царевною не прощена...
А ныне, мой государь, все снова благополучно: как после летнего сухого зноя сильный ветер сдувает всю непрошеную пыль, не оставляя ни песчинки, так теперь прохладное дыхание зефира освежило бархатную кожу и высушило изумрудные капельки пота — нет и следа томительного жара...
Теперь, однако, у нас забота иная — как проводить нашего царственного гостя в покои юной повелительницы Рубиновых чертогов! На всем пути к опочивальне пол во дворце будет устлан ковром, и плотным и приятным, — тончайший шелк поверх мягкого бархата, дабы слепящий блеск алмазов, изумрудов и рубинов, коими вымощены галереи и переходы внутренних покоев, не потревожили государевых очей, а шероховатость и неровность драгоценных плит не беспокоили царственные ступни. Для этого сюда и прислана ваша покорная раба! Извольте же, о государь, направить благородные стопы по мягкому ковру через хитросплетенные покои Лабиринта к заповедной опочивальне, где пребывает в девственной истоме на ложе, разукрашенном кораллами, царевна Велумьясва. Там по велению судьбы даст всходы посев любви: как солнце и луна, как два небесных мотылька, соединятся в счастье и блаженстве царственные супруги!
Лишь только няня Махатала закончила свою пространную тираду, как сразу же заговорил хитроумный сверстник и сподвижник царевича — Пинняхата.
— Мой государь и славная властительница Рубиновых чертогов, прекрасная царевна Велумьясва, — оба созданы лишь друг для друга! Когда же на небесах соединились навечно ваши судьбы, было предначертано, что вам, мой повелитель, надлежит, покинув мирную прохладу золотых чертогов в великом пятистенном граде, устремить свои шаги к берегу заповедного озера Навада, а уж оттуда, из Дворца Слоновой Кости, следовать к заветной цели — в Рубиновый дворец на Горе Ароматов. Настал счастливый срок любви, теперь пора, расставшись с верною свитой, поручить себя заботам обитательниц Рубиновых чертогов и двинуться навстречу желанному блаженству!
