В кабинете воцарилась задумчивая тишина. Сила в этом мире значила всё, и чтобы удержаться на вершине власти, люди должны были либо обладать ею, либо окружить себя теми, кто ею обладает. А единственным способом усиления для тех, кто не состоял в культе Всемогущей Бойни и не был одарён магией, оставались чудовищная алхимия и улучшение оснований.
Вот только всё было не так просто — ресурсов на всех не хватало. И речь шла не об обычных энергетических центрах и ядрах, а о Полуночнице. Растении, способном помочь преодолеть первую эволюцию — рубеж, после которого человек мог считаться подлинной элитой. Этот цветок был настолько редок, что небольшие страны готовы были развязывать из-за него войны, лишь бы заполучить хотя бы один экземпляр.
Например, Катарина Любомирская, принцесса немалого королевства, всё ещё не переступила этот порог — просто из-за отсутствия Полуночницы.
Внезапно в комнату бесцеремонно ворвался капитан королевской гвардии — Дзислав, прерывая тишину.
— Беда! — воскликнул он, глядя на недовольные лица графа и принцессы. — Кто-то недавно обращался к нации через ваше зерцало!
— Что⁈ Когда это было⁈ — подскочил Годемир с кресла вслед за Катариной.
— Стражники у ворот говорят, что совсем недавно, не более десяти минут назад.
— Как⁈ — удивилась девушка, подходя и проверяя артефакт на столе. — Мы всё время были здесь! А зерцало единственное в своём роде!
— Так, давай рассказывай, что за обращение было и кто обращался, — проговорил серьёзным тоном граф.
— Э-э, люди говорят, что голос был вашего высочества, а изображение… — капитан замялся.
— Дзислав, мне из тебя клещами сведения вытаскивать? — раздражённо цыкнул Годемир. — Возможно, враги как-то умудрились повлиять на артефакт. Это дело государственной важности!
— Мохнатая задница! — выпалил его собеседник, собравшись с духом.
— Что⁈ — взревел регент и канцлер в одном лице, а принцесса у рабочего стола подняла круглые глаза на говорившего.
Капитан визуально уменьшился в размерах и совсем тихо пояснил:
— Стражники говорят, что к народу обращалась мохнатая задница под скабрёзные шуточки, звучавшие на заднем плане голосом принцессы… Начальник стражи дворца сейчас со своими людьми опрашивает свидетелей, которых полстолицы, и разбирается, что конкретно и когда сказали.
Девушка и её опекун переглянулись. Рабочий кабинет Катарины обладал хорошей звукоизоляцией, чтобы исключить подслушивание, поэтому ни принцесса, ни граф ничего не слышали. И то, что кто-то подделал голос Катарины, вызвало у них неподдельное беспокойство.
…
Полчаса спустя в том же помещении собралось четверо: хозяйка кабинета, капитан королевской гвардии, Годемир и Драган Вукович — начальник дворцовой стражи.
— Что нам известно на данный момент? — спросил Дзислав у последнего.
Сорокапятилетний мужчина с короткими седыми волосами, слегка оплывшим лицом и шикарными бакенбардами посмотрел на него с неприязнью, но затевать ссору не стал. Капитан королевской гвардии был простолюдином — бывшим искателем, поднявшимся со дна до столь высокого статуса, — и пан Вукович не переносил его на дух, считая выскочкой.
— Примерно за два часа до полудня над Соленградом и, предположительно, другими городами страны возникло изображение синей мохнатой… попы с полосатым и пушистым хвостом, — было видно, что Драган хотел употребить другое слово, но пересилил себя в присутствии монаршей особы. — Картинка филейной части сопровождалась очень тихим голосом, который почти никто не смог разобрать. Однако некоторые фразы звучали достаточно громко и чётко, чтобы люди узнали в них Ваше Высочество. Вот их список…
Мужчина зачитал с листа то, что расслышали зеваки, и по мере того как принцесса слушала, она начала постепенно пунцоветь, представляя тот балаган, что недавно происходил на улицах, когда она распиналась перед двумя искателями, повышая в нужных моментах тон голоса.
Когда начальник дворцовой стражи замолк, в кабинете воцарилась неестественная тишина. Трое из четверых присутствующих всё прекрасно осознали. И если капитан королевской гвардии просто молчал, боясь ляпнуть лишнего, то Катарина сгорала со стыда.
Внезапно раздался раскатистый смех графа:
— Крепкий орешек! Это ж надо!
— Канцлер! — возмущённо воскликнула девушка, лицо которой стало одного цвета с волосами.
— Предлагаю его казнить! — не удержался Дзислав.
Годемир Вишневецкий глянул на капитана, как на умалишённого, и поинтересовался:
— Кого? Енота? И, кстати, что с нашими гостями? Ты отвёл их в канцелярию и дал указания от моего имени?
— Конечно! Но, когда узнал о происшествии, сразу же покинул их, оставив на попечение помощника казначея.
— Ваше Высочество, Ваше Сиятельство, вы знаете, что произошло? — вклинился в разговор Драган, переводивший непонимающий взгляд с принцессы на графа.
