Увидев, что твари перестраиваются и начинают двигаться в сторону города, Артём испустил победный клич и прижал к плечу приклад пулемёта. Его вопль слегка напугал женщину, что лежала неподалёку, она тихо выругалась и тоже стала целиться. Автомат, надо сказать, дама держала, если и не профессионально, то вполне уверенно. Явно довелось послужить в армии или правоохранительных органах. А может, уже сейчас опыта набралась.
От былого замешательства не оставалось и следа, одиночки собирались в группы, те объединялись в отряды рыл по тридцать-сорок, которые, подняв оружие, двинулись на людей. Какое-то руководство тоже сохранилось, защитные коконы спасали не только от магии. Вообще, странно, что они не восприняли всерьёз угрозу от людей. Наверняка ведь доводилось сталкиваться, понимают, что такое огнестрел, знают, что даже малое количество автоматчиков может натворить немало бед. Но нет, даже разведку в руины не выслали. Или собирались провести молниеносную операцию, захватить храм, выгрести оттуда все пряники, а потом быстро свалить? Тоже вариант, только не предусмотрели хитровыделанного священника с группой поддержки.
На прицельной планке выставлено восемьсот метров, расстояние Артём знал только примерно, но инстинктивно почуял, когда открывать огонь. Он был не первым. На двух возвышенностях стояли «Утёсы», которые стали выдавать короткие очереди минутой ранее. Плотность огня создавали невеликую, зато мощь такова, что подранков не останется. Один из пулемётов имел оптику, глядишь, и мага накроют. Сразу за ними стали хлопать одиночные выстрелы снайперов или тех, кто выполнял их функцию. А потом уже ударил он сам. Очередь, несмотря на приличное рассеивание пуль, угодила в толпу, начисто выбив с полдюжины бойцов. Ещё парочка упала, но поднялась. После новых потерь по рядам чёрной нечисти пробежал вопль, после которого все побежали в атаку с удвоенной скоростью.
Бежали быстро, но, с каждым их шагом плотность огня увеличивалась. Активизировались автоматчики, большинство били неприцельно, просто создавая сплошную стену огня перед собой. Кто-то экономил патроны, а кто-то расстреливал всё, едва успевая менять магазины. Женщина, его соседка, расчётливо била короткими очередями, судя по редким ругательствам, попадала не всегда, но всё же попадала.
Победа была близка. Сколько их? Две тысячи? Ну, с подошедшими подкреплениями, пусть, три-четыре. А тут только стрелков человек пятьсот, если каждый убьёт четверых… а ведь ещё АГСы работают из ближнего тыла, успешно накрывая тех чертей, что догадались залечь и переждать огненный вал.
Лента опустела до обидного быстро? Скольких он убил? Пусть, десяток, или даже не убил, а вывел из строя, черти, вроде, живучие. Неплохо, но останавливаться нельзя. Надавил клавишу, открыл крышку, дотянулся до большого короба и вытянул ленту. Заправил, захлопнул крышку, дёрнул рукоять затвора, потом плавно подал её вперёд.
С удивлением обнаружил, что черти стреляют в ответ, причём, даже прицельно. Слева взвилось несколько земляных фонтанчиков. Ну, да, аборигены мумба-юмба с автоматом Калашникова разобраться могут, значит, и чертям не так трудно. Правда, и мастерства особого нет, но это только начало. В прорезь прицела попала очередная группа, дал длинную очередь, пули ушли выше, досталось кому-то в задних рядах. Прицел переставлять некогда, навёл по ногам. Очередь на десяток патронов. Уже лучше. Залечь успели не все, кое-кого прошило. А расстояние всё меньше, те самые двести метров уже на подходе. Начнёт работать магия. Или не начнёт? Ни одной молнии он…
Додумать не успел, откуда-то спереди сорвалась ветвистая молния и ударила им в тыл. Судя по прогремевшим там взрывам, накрыли АГС, надо полагать, вместе с расчётом.
И вот тот миг, который они все так старательно оттягивали, наступил. Огонь с позиций начал быстро затихать, стрелки один за другим бросали оружие и начинали корчиться в сильнейших судорогах. Твари подошли слишком близко, кто-то засел в развалах, смог подползти и ударить. Женщина, что лежала справа, так и не успев вставить последний магазин, согнулась и начала кашлять кровью.
Ждать было больше нечего, так передавят всех, они сильно сглупили, расположив стрелков относительно ровной линией, следовало сделать несколько рубежей обороны, да только кто бы этим сейчас занимался. Если не прекратить немедленно…
Артём подхватил пулемёт и вскочил на ноги. Лента на двести была израсходована наполовину, остаток он вытащил из короба и закинул себе на плечо. К счастью, лента была рассыпная, отваливалась кусками по двадцать пять звеньев, что избавило его от необходимости волочь за собой железный хвост.
