Остановившись в нерешительности на месте, она раздумывала, как поступить. Или искать пришельца, или бежать к выходу на нижний ярус. Вдруг звездолет совсем недалеко от ее дома, и она доберется.
— Ок. Попробую еще раз.
Кира уже добралась до перехода на нижнюю палубу, как была остановлена нарастающей вибрацией и странным шумом. Тревога охватила тело, леденя руки и ноги. Она возобновила движение, неосозноно переходя на бег, и быстро пролетела по тесному нижнему коридору. Здесь шум и трескотня были еще сильнее, сливаясь в воющий гул.
Выскочив прямо к зеленому столбику, Кира с ходу опустила на него руку. Ничего не произошло. Девушка отняла ладонь и приложила еще раз — столбик угрожающе покраснел, раздались резкие отрывистые слова на цэтморрейском, сопровождающиеся усиливающимся воем.
— Что здесь творится? — испуганно прошептала она, пятясь обратно. Чувство невесомости, охватившее ее на несколько секунд, прибавило ей храбрости и ускорения. Кира рванула наверх, к рубке.
— Юрами! Что ты делаешь? — закричала она, врываясь на жилую палубу, переборка за ней поднялась, отсекая нижний ярус вместе со всеми звуками. Кира замерла на секунду, изумленно оглядываясь. Может быть ей показалось и звездолет вовсе не взлетал. Потому что, вот прямо сейчас, она не в состоянии определить, движется он или находиться в состоянии покоя. Но звуки?
Девушка быстрым шагом направилась в рубку по короткому пути, минуя пищеблок, санотсек и лабороторию. На месте будет видно, что задумал пришелец. От открывшейся картины, за изломом коридора, она рухнула на колени — липкий парализующий ужас завладел ее телом, породив слабость и нервную неконтролируемую дрожь.
Цэтморрец стоял весь в крови, красной, как у нее. На груди зияли рваные борозды глубоких ран, правая рука безжизненно висела. Чуть ниже локтя торчал острый белый осколок. Кость. Кира завыла, как раненый зверь, но тут же зажала рот ладонью, прикусив до боли пальцы, чтобы не отупеть от страха.
— Кира…иди… — с усилием проговорил он, съезжая по стене. — Кьяга.
Она и сама видела, что кьяга. Тварь стояла в метре от мужчины и щелкала несколькими лапами, остальные просто висели. Один глаз был закрыт. Девушка, так и не поднявшись с колен, опустила голову и зажмурилась, чтобы не смотреть в глаза своей смерти, как вдруг поднялась над полом, повернувшись ногами вверх. Справа от нее в невесомости плавало тело Юрами, позади него бешено молотя хвостом по полу и потолку барахталась кьяга.
Звездолет вышел в космос.
Кира резко оттолкнулась ногами от стены и подобравшись к пришельцу, схватила его за руку. Он сморщился от боли, что-то прошипел сквозь стиснутые зубы и отключился. Девушка лихорадочно буксировала цэтморрейца вперед в рубку, хватаясь за выступы на потолке, и оглядываясь на приближающуюся тварь. Кьяга не спешила, лениво перебирая парой лап, она вообще была какая-то заторможенная, в отличии от своей сестры, которая подохла на Земле. Именно это обстоятельство вселило в Киру крохотную частичку надежды и она, утроив усилия, тащила Юрами.
Через пару минут они наконец были у входа. Девушка приложила к кружку ладонь и с силой втолкнула цэтморрейца в, открывшийся проем, а в следующую секунду рухнула на пол, разбив нос и губы в кровь. Послышался глухой вскрик мужчины — упал на сломанную руку. Позади, в метрах трех от нее, грохнулась кьяга, мгновенно поднимаясь. Невесомости не стало.
Кира быстро перевернулась и села, на большее у нее просто не осталось сил. Тварь уставилась на нее средним глазом, перебирая лапами.
— Какая же ты уродливая! — с ненавистью закричала девушка, — Жри давай! Чего ты ждешь?
Кьяга, словно получив разрешение, двинулась к ней. Кира инстинктивно начала пятиться, отталкиваясь ногами и скользя попой по полу. Неразличимым для глаз движением тварь возникла прямо перед ней и вцепилась в голень, раздирая мышцы до кости, потянула на себя. От боли у девушки потемнело в глазах, она закричала, задыхаясь от выброшенного в кровь адреналина, завозила руками по полу, пытаясь нащупать хоть что-нибудь, что-бы зацепиться. На перифирии зрения Кира заметила Юрами, который, оставляя за собой кровавый след, подползал к ней, протягивая что-то в руке. Девушка, едва не теряя сознание от боли, дотянулась до его руки. Сжав в ладони холодный прибор, она из последних сил резко села и воткнула инъектор в средний глаз твари. Раздался знакомый щелчок. Кьяга отпрянула и через секунду грохнулась, гулко приложившись башкой об стену.
Кира, несколько раз, простившаяся с жизнью за последние пять минут, ошарашенно смотрела на поверженную тварь, содрогаясь от беззвучных рыданий. Затем, вспомнив про раненого мужчину, торопливо обернулась, подвывая в голос от боли в разодранной ноге. Юрами, вероятно, на грани своих возможностей, добрался до нее и передал ей сыворотку, и теперь валялся в отключке на полу. Рука его была вывернута под немыслимым углом.
— Юрами! — позвала она, — Юрами!
Все так же пятясь задом и, не двигая израненой ногой, подползла к нему и пощупала пульс. Живой.
— Юрами. — шлепнула ладонью по щеке. Цэтморреец приоткрыл глаза.
