– Да вы с ума сошли! – возопил парень, отчаянно замотав головой. – Я уже говорил, что может случиться с рукой, если попробуете сами его достать! Вы рискуете остаться инвалидом!
– Я не собираюсь его вытаскивать, а хочу лишь отключить сигнал! Не обязательно избавляться от электроники, можно ее просто повредить, верно? Поэтому спрашиваю тебя еще раз: прямо или под углом?!
– Господи, да вы псих!
– Гоша, твою мать!!!
– Прямо!! Их закрепляют прямо… – выкрикнул техник, отпуская руку Власова, и в ужасе отвернулся.
– Прекрасно. Значит, попаду, – прошептал полковник, и тщательно прицелившись в центр набухшего на коже кровоподтека, размахнувшись, с силой всадил себе в предплечье острие ножа. Лезвие, пробив мышцу, вошло внутрь на треть. Чуть не взвыв от пронзившей его резкой боли, Евгений для верности еще больше надавил на рукоятку, и в тот же миг окружающий мир словно взорвался, в секунду погрузив Власова во тьму.
– Евгений Степанович!! Сэр! Пожалуйста, очнитесь!!!
С трудом разлепив тяжелые веки, полковник открыл глаза, и попытался сфокусировать взгляд на мельтешащем перед его лицом пятне. Он хотел протянуть к нему руку, желая оттолкнуть раздражающую помеху, но правая конечность слушаться не торопилась. Власов удивленно перевел на нее взгляд, и мысленно скомандовал «подняться».
– Евгений Степанович!! – снова запричитало пятно, медленно приобретая черты всполошенного техника, лихорадочно сжимавшего в трясущихся руках пистолет. За его спиной лежал, раскинув руки и устремив невидящий взор в потолок, мертвый сорианец, в груди которого зияло несколько пулевых отверстий.
– Патроны надо экономить, Гоша… – проговорил полковник и, опираясь на левую руку, с трудом сел, привалившись к стене.
– Слава богу!! – воскликнул техник, бесконтрольно размахивая оружием перед лицом Евгения. – Я боялся, что вы… что вам… от шока…
– Ствол опусти, сынок, – сказал Власов, осторожно отводя направленное на себя дуло, и слабо улыбнулся.
Гоша, вздрогнув, растерянно уставился на свои дрожащие руки и испуганно ойкнув, разжал ладони. Пистолет с громким стуком упал на пол.
– Вот и умничка, – полковник облегченно выдохнул. – А теперь посмотри на меня, пожалуйста.
Подрагивающий от нервного озноба техник устремил на Евгения затравленный взгляд.
– Ты молодец, Гоша. Ты большой молодец! Наверное, сейчас ты спас нам обоим жизнь.
– Он выскочил внезапно, и… мне так стало страшно, а вы в отключке… Я крикнул, чтобы он не подходил, но… Я… я убил… его, – заплетающимся языком проговорил парень.
– Нет, пацан. Ты не дал ему убить НАС. И теперь нужно живо убираться отсюда.
– Но патроны закончились, как же мы сможем…
– Черт с ними, с патронами! Погляди-ка наверх. Пока не оказался на полу, я его не замечал.
Георгий послушно задрал голову и заозирался по сторонам в поисках того, что могло заинтересовать полковника.
– Не туда смотришь, Гоша. В углу, – уточнил Евгений, взмахом руки указав парню направление.
Техник перевел взгляд правее, и с сомнением прищурился:
– Вентиляция?
– Точно, – кивнул Власов. – Сможешь забраться?
– Да, думаю, да, – пожал плечами парень, мысленно прикидывая свои возможности. Высоковато, правда, но если использовать эту железную штуку, как подставку, то оттуда я уже достану.
– Прекрасно! Полезай!
Неуверенно покачав головой, Гоша сделал несколько шагов назад и, взяв небольшой разгон, подпрыгнул, цепляясь пальцами за край ящика. Бодро подтянувшись, он в несколько секунд оказался наверху.
– Лихо! – присвистнул Евгений.
Улегшись плашмя на живот, техник протянул вниз раскрытую ладонь:
– Скажете тоже! – смущенно улыбнулся парень. – Держитесь, полковник.
Правая рука слушалась с трудом, так что Власову пришлось слегка помочь себе левой.
– Давай! – скомандовал полковник, убедившись, что техник крепко обхватил его запястье.
Рыча от натуги, Гоша потянул мужчину вверх.
Перевалившись на крышу прогнувшегося под их весом ящика и дав парню отдышаться, Евгений весело подмигнул:
– Ну что, Георгий, готов ли ты теперь немножечко поползать?
Техник лишь молча развел руками. Усмехнувшись, Власов взялся за решетку вентиляции, но тут же резко замер от воцарившейся в коридоре тишины. Больше часа мучившая пленников сирена внезапно стихла.
– Неужели ты думаешь, что сумеешь скрыться, землянин? – прогремел из динамиков голос Бота, эхом отразившись от сводов.
– Ну, наконец-то я слышу нормальное, привычное к себе обращение! – воскликнул Власов, улыбаясь во весь рот. – Так значит, я оказался прав? Бот – это ты, Аими? И почему ж ты до сих пор не сдохла, а, родимая?
