— Ты и по этому поводу в курсе? — отец нахмурился.
— Если ты забыл, мне с этими людьми скоро придется породниться. Так что желание узнать о них больше вполне естественное.
Я нашла подходящий стул, села.
— Да и я ведь отыскала ключ к этим документам, так что успела кое-то прочесть. Скажи, нам действительно настолько необходим этот союз, что ты готов стать родственником человека, который старательно приводил нашу цивилизацию к разрухе?
— Если ты о вирусе на Прайто — это не доказано, — отрезал отец.
— А тебе какие нужны доказательства, папа? Чистосердечное признание Летро, желательно, письменное? — я прищурилась, разглядывая его.
— Ты очень изменилась, Иса, — недовольно заметил папа.
— И что, до свадьбы меня запрешь в кладовке при столовой? — полюбопытствовала я.
— Сейчас ты уже переходишь границы дозволенного, Исабель, — отец выглядел растерянным, хоть и пытался сохранять твердость. Но ведь он понимает, что неправ.
— И если ты не прекратишь, я буду вынужден прибегнуть к крайним мерам.
— Это каким же? Как ты вообще можешь повлиять на меня сейчас? Я лишилась всего, что могло бы стать мне дорого.
— Но вот Митчеллу пока что есть, что еще терять.
Неужели он сказал это на самом деле, мне не показалось? Мой собственный отец мне угрожает?
— Шантажируешь меня благополучием любимого человека? — ужаснулась я.
— Прости, дочка. Но сейчас ты неспособна адекватно мыслить. Поэтому мне приходится на тебя давить. Командор Карнел сегодня вновь присоединится к большой гонке. И ты вряд ли захочешь лишать его возможности как-то пережить ваше расставание. Давай отправим Митчелла с хорошими рекомендациями. Ведь в наших силах — дискредитировать его участие в гонке, понимаешь? Только благодаря моим заверениям в необходимости простоя на Айтарос, его берут обратно.
Я молчала. Была раздавлена словами отца. На что он еще готов пойти, чтобы выполнить свою миссию и объединить Пиретрион с Аусмагалом?
— Большая политика — грязное дело, дочка, — отец потер переносицу, — возможно, ты уже не успеешь простить меня. Но я действую в интересах галактики. Да, возможно Летро был причиной угасания Прайто. Но сейчас его держава предлагает путь к облегчению участи Айтарос. И сама подумай, разве позволит межгалактический совет этому делу разгореться? Это же вызовет ажиотаж и кучу скандалов. Проще будет замять. Но мы постараемся извлечь максимальную пользу из ситуации.
Мне нечего было ему сказать. Я для себя все уже поняла. Но уходить молча не стоило.
— Хорошо, отец. Я сделаю то, чего от меня ждут. Но с тебя — пять минут на прощание с Митчеллом. Без свидетелей.
Дождавшись, когда он кивнет, я развернулась и вышла. Хотелось бегом добраться до своей каюты, никого не видеть и не слышать. Но к моей двери сиротливо жалась Герия. Вот уж с кем совершенно не тянуло сейчас что-то выяснять.
Но я обещала делать то, что от меня ждут. Не стоит так быстро нарушать свое же слово.
— Проходи, — кивнула я, приглашая кузину. Следом проковылял Кваси.
Внутри зажегся свет, я кинула на стол браслеты и болталку. Не спеша, повернулась к Герии, ничего не говоря. Это она ко мне пришла, пусть и выкручивается.
Некоторое время мы играли в гляделки. Затем Герия вздохнула и спросила:
— Ты на меня злишься?
— Это сложно назвать злостью, — пожала я плечами, — ты защищала то, что любишь. К моему сожалению, Хэмилу ты предана куда больше,чем нашей дружбе. Но винить я тебя за это не могу.
— Да, я думала о произошедшем, — вздохнула Герия, — пожалуй, я увлеклась твоим женихом. И при других обстоятельствах именно я была бы предательницей.
— Ну, ты же не пыталась его увести, так что не предательница. Наоборот, отодвинув свои личные мотивы, делаешь все ради нашей свадьбы. Собственно, мы обе сейчас забываем о себе ради чего-то или кого-то.
— Но ты все равно времени не теряла, — кузина, сказав это, тут же осеклась, — хотя о чем я. Как понимаю, у тебя его и нет. Прости меня.
— Хэмилу скоро понадобится поддержка. Не теряйся, сестренка.
Герия вспыхнула.
— Не думаю, что он обратит на меня внимание.
— Уже обратил, не сомневайся. У вас, может быть, разговоры куда душевнее, чем наши с ним.
Подождав, пока грусть на ее лице сменится на робкую надежду, я уточнила:
— Значит, все в силе? Готовимся к свадьбе дальше?
— Да, — кивнула кузина.
— Отлично. А сейчас бы я хотела побыть одна.
Герия направилась к двери и уже выходя, спросила:
— Как ты… чувствуешь себя? Тебе больно?
— Нет. Я принимаю лекарства.
Кузина вышла, а я упала на кровать. И принялась тупо ждать, когда меня позовут, чтобы я смогла сказать “прощай” главному в моей жизни мужчине.
Я задремала и во сне видела нас с Митчеллом. Нет, с Митналем. Мы летели сквозь космос, взявшись за руки.
— Я сделал для тебя Ловца Снов, — сказал он, и его голос эхом разносился между звездами, — и теперь ты будешь видеть меня, когда захочешь, а кошмары прекратятся.
— Мои кошмары происходят наяву, Митналь, — ответила ему я, — когда рядом нет тебя.
И я проснулась.
В дверь стучали, а рядом с кроватью сидел Кваси и колотил по полу хвостом.
— За тобой пришли, Исабель! — произнес питомец.