— Мы ворвались через канал. Я… я видел их. Этих парней, сжавших зубы, по-прежнему верных. Даже в цепях. Даже голодных. Я сказал им — время пришло. Они поднялись. Начался мятеж.
Я видел как Вайт не хочет вспоминать.
— Но всё пошло не так. Один из наших… предал. Или запугали. Или купили. Я до сих пор не знаю. Стража знала. Они… они нас ждали.
Я сжал кулаки.
— Мятеж уже начался. Камеры открыты. Но внешние ворота — заперты. Людей начали косить арбалетами с башен. А потом… потом я понял, что это ловушка. Нам позволили освободить всех — даже не только своих. Преступников. Убийц. Сброд. Федерации надоело их кормить..
Он тронул повязку на лице. Медленно.
— Один из взрывов. Шрапнель. Или зачарованная стрела. Я не знаю. Только вспышка… и тьма. Один глаз — просто исчез. Айрон вытащил меня. Тащил как мешок. Я хотел идти сам, но он... — голос его сорвался, — он остановился. Сказал.. "Ты — нужен. Я — просто меч".
Я закрыл глаза. Но ничего не мог сделать, чтобы не видеть это.
— Я кричал. Орал, как безумный. Но он уже ушёл. В переулок. Один. Я слышал бой. А потом — только тишину.
Вайт отвернулся.
На мгновение никто не двигался.
— Мы ушли, — сказал он, едва слышно. — Триста человек. Почти половина — раненые. Но мы ушли. Не знаю как.. Чудом.. Жертвуя друг другом.. А Айрон… остался.
Я смотрел на него. И чувствовал, как сердце рвётся от глухого, ледяного отчаяния.
— Он жив? — спросил я, не узнавая свой голос.
Вайт ответил не сразу.
Потом только шепнул..
— Генерал не убивает тех, кто ему нужен.
— Думаешь, он жив? Думаешь, генерал держит его, чтобы вытащить местоположение нашего лагеря? — спросил я, не отрывая взгляда от лица Вайта.
— Скорее всего, — ответил он, медленно, почти с трудом. — Но… думаю, Айрон умрёт, прежде чем скажет хоть что-то. Он был слишком упрямым. Даже для самого себя.
— Как вы вообще выбрались из города и добрались сюда? И… вас ведь не три сотни. Здесь — больше. Это больше похоже на… народ, чем на армию.
Вайт криво усмехнулся.
— Хех… Когда мы бежали через улицы, отрываясь от преследования, от стражников, от патрулей… я был сломлен. Я… — он опустил взгляд, — слабость взяла надо мной верх. Я едва держался. Тот день сжёг меня. Но кое-кто… кое-кто помог. Сплотил людей. Повёл. Если бы не они.. мы бы не выбрались.
Я нахмурился.
— Кто?
Вайт повернулся к двери и крикнул.
— Заходите!
Дверь распахнулась. И в тот миг моё сердце будто сжалось.
Марк и Кейт.
Настоящие. Живые.
Я моргнул, не веря глазам. Подумал, что, может быть, снова сплю. Или брежу.
Они подошли.
Марк выглядел иначе — шире в плечах, крупнее, взгляд стал серьёзнее. Сейчас он по силе, наверное, мог бы соперничать с Наиром.
Кейт… её тёмные волосы были такими же, как прежде. Как будто ничего не изменилось. Но глаза стали внимательнее. Глубже. Она и раньше мне нравилась… а теперь — и вовсе казалась чем-то слишком тёплым для этого холодного мира.
— Ну что, парнишка, не ожидал? — рассмеялся Марк и схватил меня в объятия так крепко, что я едва не захрипел. — Ахахаха!
— Отпусти его, дурак, — сказала Кейт с лёгкой улыбкой, — дай и мне поздороваться.
И тоже обняла. Мягко. Тепло. Без слов.
Я не мог сказать, что мы были неразлучными друзьями. Нет. Но увидеть их здесь… как же это было нужно.
— Но ты же учился на факультете армии, — сказал я Марку, когда смог наконец выговорить хоть что-то, — Я думал, ты окажешься по другую сторону. Бок о бок с генералом.
— Сперва — да, — пожал он плечами. — Но потом… началась вся эта заварушка. Генерал внезапно захватывает власть, объявляет охоту на тебя, Кейт выходит на связь, объясняет, что и как... И я ей поверил, чёрт возьми.
— Всё я, хехе, — усмехнулась Кейт.
Вайт снова заговорил.
— Они помогли нам сбежать. У Марка остались связи в военном факультете. Несколько его людей помогли нам устроить побег. В самом городе тогда начался настоящий ад — люди начали убивать друг друга. Мы едва выбрались. Я сам не свой был. Всё казалось потеряно. И вот эти двое… — он кивнул на Марка и Кейт, — они взяли на себя управление.
Марк занялся укреплением поселения, тренировками, охраной, — всем, что мог. А Кейт… она с уцелевшими нашла способ вытащить из других городов тех, кто ещё не забыл, что такое совесть.
Так их стало почти две тысячи.
— Я бы сказал, что они мои заместители, но, по правде… скорее, я — их.
— Ой, да ладно тебе, — хмыкнула Кейт, — мы одна команда теперь.
Марк кивнул, но потом лицо его стало серьёзнее.
— Лилия и Глен… если помнишь их. Они на стороне генерала. Так что, если столкнёшься с ними — будь осторожен. Они не просто бойцы. Они фанатики.
— Я понял, — кивнул я.
И тут же добавил.
— Послушайте… я могу поговорить с вами троими наедине?
Я бросил взгляд на Алису.
Она не любит, когда я ухожу из поля зрения. Думаю, подозревает, что мои намерения — не совсем совпадают с желаниями её приёмного отца. Но я рискнул.
Она вскинула бровь, чуть прищурилась. Потом пожала плечами.
— Говори. Я и так знаю, что ты хочешь сказать. Уже давно догадалась.
И пошла к двери не оборачиваясь.
— Что? Откуда…? — удивился я.
Но больше удивляло даже не то, что она знала — а то, что она не помешала.
